– Валы, говоришь?

– Валы.

– Прямо хоть караул кричи?

– Точно. Погода стоит…

– Мне бы ваши заботы… А на кой они тебе сдались, эти валы?

– Я же тебе объяснял: полетел…

– Нет, я про тебя говорю. Машина-то чья?

– Моя.

– Личная?

– Какая «личная»…

– А, государственная?

– Ну.

– А почему тебе жарко?

– Так я же на ней работаю!

– А ты не работай. Нет валов – загорай. У них же все есть – пусть достанут. Они же самые богатые в мире. Они, вообще, самые свободолюбивые. Законов понаписали – во! – грустный показал рукой высоко над полом. – А все без толку. Что хотят, то делают.

Сеня оглянулся в зал.

– Чего ты орешь-то?

– Братство! Равенство!.. – Грустного неудержимо повело. Он еще выпил полстакана. – Они на «Волгах» разъезжают, а мы вкалываем – равенство.

Сене было нехорошо. Он не знал, что делать.

– Брось ты, слушай, чего ты развякался-то? Поедем за валами.