– Вань!.. – взмолилась Нюра.

– Да пошли они к..! – открыто обозлился Иван. – Бессовестные. Люди за копейку-то горб ломают, а эти – стянул чемодан – и радешенек, и богатый, хорошее вино пьют, коньяки… Есть у меня деньги, есть! Не подговаривайся! Только попробуй возьми хоть один рубль – вот, видел? – Иван показал увесистый кулак. – Быка-трехлетка с ног сшибаю…

Профессор понюхал протянутый кулак.

– Да, могилой пахнет. Серьезный кулак. Надежный. И все же тут какое-то недоразумение, Иван. Вы меня за кого-то другого принимаете… Хотите, я приведу проводника, он объяснит вам? А ему я покажу документы. Хотите, вам покажу?..

– Не нужны мне ваши документы. И ходить никуда не надо. И я никуда не пойду – не мое дело. А поживиться здесь не удастся, заранее говорю.

– Нет, я все-таки схожу. А то этак мы всю дорогу и будем подозревать друг друга…

Профессор вышел.

– Вань, – встревожилась Нюра, – не зря мы человека-то обидели?

Иван молчал. Ему тоже сомнение вкралось в душу.

– А, Вань?

– А я откуда знаю? – взорвался Иван. – Иди разбери их… Откуда он, пуд золота-то? – Иван пнул профессорский чемодан. – Может, кокнул кого-нибудь в тайге – вот и…

– Да шибко уж не похожий.

– А тот был похожий?

– Господи, господи, – только и сказала Нюра. – Правда, трудно понять людей.

Вошли профессор с проводником. Проводник ухмыляется.

– Ты чего это тут бдительность развел? – спросил он. – Это товарищ Степанов, профессор, из Москвы… Тебе уж теперь на каждом шагу будут воры казаться. Некрасиво, обидел товарища…

– Насчет обиды – это не надо, – попросил профессор. – Никакой обиды.

– Ну, как же?..

– Никакой обиды! Хорошо, что все объяснилось.

– Давай тут… не очень! – счел нужным еще сказать проводник Ивану. – Какой же он вор! Хоть немного-то разбирайся в людях.