Послушавшись совета Цзу Минь, Агу и Сяо Ди переехали в Коннектикут. Вместо возвращения на родной Тайвань китаянка вышла замуж за Агу и решила взять на себя юридическую сторону семейного ресторанного бизнеса. Коннектикут был ближе к Южному Манхэттену, куда младший брат по-прежнему регулярно ездил за продуктами. В Айове их все равно считали чужаками, и братьям Чен надоело тратить силы на попытки отвоевать себе место под тамошним солнцем. Поначалу их новый ресторан назывался «Баоцзы», что в переводе означало не то пампушку, не то булочку с начинкой. (Повару сразу вспомнились аппетитные весенние булочки со свининой и баоцзы с тушеной свининой, которые Агу делал на каждый китайский Новый год. Горячие шарики из теста разрезались пополам наподобие сэндвича, и туда добавлялась начинка из тушеной свинины и смесь пяти китайских специй.) Но вопросами конкурентоспособности в семье теперь ведала Цзу Минь. Она сменила экзотическое китайское название на «Лемонграсс»[95] — более понятное в Коннектикуте и легко запоминающееся.

«Может, нам с Дэниелом выбрать время и съездить в Коннектикут? — думал Тони Эйнджел. — Посидим в „Лемонграссе“, полакомимся тем, что они сейчас готовят». Он скучал по братьям Чен и желал им процветания.

— Что случилось, Тони? — спросила у него Селест.

(Повар не замечал, как у него по щекам катятся слезы.)

— Ничего не случилось, Селест. Я очень счастлив.

Он улыбнулся официантке и склонился над готовящимся винным соусом, наслаждаясь ароматом. Предварительно Тони пробланшировал в кипящей воде веточку розмарина. Нужно было вытянуть из нее излишки масла и только потом добавлять в соус.

— Тогда почему ты плачешь? — не отставала Селест.

— Наверное, от воспоминаний.

Грег молча наблюдал за ним. В кухню из зала пришла Лоретта.

— Мы откроем дверь или заставим посетителей пробираться через черный ход? — спросила она.

— Что, уже время? — спохватился Тони.

Часов в кухне не было, а свои он оставил в спальне, на столике с недочитанными гранками романа «К востоку от Бангора».

— Из-за чего наш шеф плачет? — поинтересовалась у матери Лоретта.

— Я у него спрашивала. Говорит, от воспоминаний.

— Наверное, это приятные воспоминания? — спросила Лоретта.

Она сняла с вешалки чистое полотенце и вытерла ему щеки. Даже уборщик столов и мойщик посуды — старшеклассники местной школы — с тревогой поглядывали на Тони Эйнджела.

У повара и его молодого помощника не было строгого разделения обязанностей, но чаще всего Грегу доставалась жарка, а Тони колдовал над соусами, подливами и приправами.

— Босс, может, я доделаю винный соус? — предложил Грег.