Когда в 1927 г. Фрейд писал «Будущее одной иллюзии», им двигала, без сомнения, внутренняя исследовательская потребность, а также желание ответить на религиозные искания Ромена Роллана. В 1919 г. этот писатель издал пьесу «Лилюли» (ее название – «Liluli» – ономатопея [звукоподражание] к слову «иллюзия») и посвятил ее «Разрушителю иллюзий, профессору доктору Фрейду». Фрейд в ответ выбрал для своей книги название, отсылающее к «Лилюли». Ромен Роллан много писал о религиозном чувстве, которое он сравнивал с «океаническим чувством» – понятием, которое Фрейд подхватит и осмыслит в «Неудовлетворенности культурой» (1930a). Публикация «Будущего одной иллюзии» вызвала немедленный резонанс, и книга стала предметом яростных споров. Друг Фрейда, цюрихский пастор Оскар Пфистер, опубликовал выразительный ответ на нее под названием «Иллюзия одного будущего» (1928), в котором подчеркивал, что Фрейд смешивает религию и веру.

Фрейд и пастор Пфистер

Оскар Пфистер (1873–1956), пастор и педагог из Цюриха, был верным другом Фрейда, с которым последний регулярно переписывался в течение более чем тридцати лет. Пфистер узнал о творчестве Фрейда от К. Г. Юнга и Э. Блейлера в 1908 г. и сразу стал применять психоаналитические идеи в педагогике и своей пастырской деятельности. Он, в частности, придерживался мнения, что религиозное врачевание души можно обогатить за счет идей Фрейда и что задача пастора, просвещенного психоанализом, состоит в помощи пациенту в борьбе с неврозом, что будет способствовать осознанию пациентом ценности христианского вероучения. Джонс говорит об этой глубокой дружбе: «Фрейд относился к нему [Пфистеру] с настоящей любовью, он восхищался его высокой нравственностью, его щедрым альтруизмом, его оптимизмом в отношении человеческой природы. Мысль о непринужденной дружбе с протестантским пастором, которому можно было писать письма, начиная их словами «Дорогой угодник Божий», разумеется, забавляла его, тем более, что «дерзкий еретик», как он сам себя называл, всегда мог рассчитывать на терпимость пастора» (Jones, 1953–1957, t. II, p. 48). Пфистер стал пионером психоанализа в Швейцарии. Он начал с того, что вступил в основанную Юнгом Психоаналитическую ассоциацию Цюриха, затем в 1913 г. принял сторону Фрейда в противостоянии, приведшем к разрыву с Юнгом. В 1919 г. он стал одним из основателей Швейцарского психоаналитического общества.

Несколькими годами позже в молодом Швейцарском обществе произошел конфликт из-за того, что психоанализ начали практиковать люди, не имевшие медицинского образования, а также из-за практики проведения сокращенного психоанализа без проработки переноса и сопротивлений. Эта техника была введена Пфистером в эпоху зарождения психоанализа в стране (Weber, 2002, p. 1662). Группа врачей основала тогда Швейцарское медицинское психоаналитическое общество, и лица без медицинского образования – среди которых оказался и Пфистер – не были в него приняты. Пфистер, несмотря на свою неортодоксальную практику и неодобрительное отношение Фрейда к сокращенному анализу, остался членом Швейцарского психоаналитического общества. Относительно тесных связей между «Будущим одной иллюзии» и «К вопросу о неврачебном анализе» всегда охотно цитируют следующее письмо, отправленное Фрейдом Пфистеру 25 ноября 1928 г.: «Я не знаю, поняли ли Вы связь между „Неврачебным анализом“ и „Иллюзией“. В первой работе я хочу защитить психоанализ от врачей, во второй – от священников. Я хотел бы вверить его сообществу, которое в настоящее время не существует: светскому объединению врачевателей душ, которые не обязаны быть врачами и не должны быть священниками».