Есть ли у анализа естественный конец?

Мы часто слышим: «Его анализ не был завершен!» или «Он не прошел свой анализ до конца!». Но что же тогда означает «конец анализа»? Конец виден, говорит Фрейд, когда пациент больше не страдает от своих симптомов, тревог или запретов; когда вытесненное осознается и мы можем больше не опасаться возобновления патологических процессов. Если эти элементы отсутствуют – анализ «не завершен» (р. 235). В удачных случаях достигается полное устранение невротического расстройства и угрозы его возвращения. По мнению Фрейда, наиболее благоприятные для психоаналитического лечения случаи – это случаи с травматической этиологией, так как анализ умеет работать с травматическими ситуациями, восходящими к раннему детству, когда незрелое Я еще не могло с ними справиться. Зато если сила влечений чрезмерна, она не позволяет Я их обуздать, тогда анализ заходит в тупик, так как сила влечений приводит к изменениям Я. О каких изменениях идет речь? Фрейд уточняет, что речь идет об изменениях Я, являющихся результатом защитных действий «в смысле смещения и ограничения» (р. 236). Выражения «смещение» и «ограничение» возвращают нас к исследованиям об отрицании реальности и расщепления Я, которые еще не привлекли к себе внимания в психоаналитических кругах: «… по правде говоря, надо признать, что эти вещи еще недостаточно изучены. Они только сейчас оказываются предметом аналитических исследований. Интерес аналитиков пока не ориентирован должным образом на эту область» (р. 236).

Затем Фрейд представляет два клинических случая, демонстрируя, что лечение может закончиться удовлетворительно, но впоследствии, иногда несколькими годами позже, различные факторы могут вызвать возвращение болезни. Вначале Фрейд рассказывает о человеке, который проходил у него анализ, хотя Фрейд и не называет его имени, в этом пациенте мы узнаем его ученика Ференци: аналитическая работа была завершена, казалось бы, удовлетворительно, но спустя несколько лет пациент поссорился со своим аналитиком и упрекнул его в том, что тот проявил небрежность и не проанализировал отрицательный перенос. Фрейд защищается от этого обвинения: «Он [анализанд] должен знать и принимать во внимание, что отношения переноса не могут быть чисто положительными, он должен был побеспокоиться об отрицательном переносе. Аналитика оправдывает то, что во время анализа не всегда возможно распознать отрицательный перенос» (р. 236–237). Другой пример – это случай женщины, чей анализ закончился успешно, но из-за различных несчастий и операции болезнь вернулась с новой силой, и тогда оказалась недоступна для анализа. Рецидив всегда возможен: «у нас нет возможности предвидеть дальнейшую судьбу выздоровления» (р. 238). Напрашивается вывод: чем больше мы ждем от психоаналитического лечения, тем менее оправданно сокращение курса лечения!