Дальше возникает вопрос об ответственности и этике — этично ли мне выбирать те иллюстрации, которые введут вас в заблуждение?
Допустим, я показал вам мирный Париж. Я объяснил, что протестовать для французов — норма жизни, город приспособлен к митингам. Лучше посмотрите на эти памятники! Вы купили билет, приехали. Окно вашей гостиницы выходит на площадь, на которой продолжаются беспорядки. Спать невозможно, все орут, полиция поливает протестующих газом.
Вам такая поездка не понравится. Картина мира, которую я вам нарисовал, не совпала с вашей субъективной реальностью в Париже. Вы справедливо считаете, что наша программа о путешествиях вас подвела. Кажется, что ни мне как автору, ни моему редактору, ни моей программе от этого никакого толку.
Предвидя это, мы с редактором думаем: «А как бы нам нарисовать такую картину мира, чтобы вы хорошо отдохнули в Париже, несмотря на протесты?» Мы покажем вам карту протестов: в «красных зонах» гостиницу не бронируйте, в остальных — запросто, там спокойно.
С какой-то точки зрения рассказ стал более объективным: мы показали предмет с разных сторон: хорошей и плохой. Но это скорее иллюзия. Мы лишь посмотрели на коммуникационную задачу чуть шире: не просто заманить вас в Париж, а чтобы вам в Париже было хорошо.
А ведь моей задачей могло быть соблазнить вас на поездку в Кострому, Петербург или Тулу. Для российской экономики это даже полезнее. Тогда мне не нужно, чтобы вам было комфортно в Париже. Я направлю камеру в центр протестов, запрыгну на баррикады, сниму как можно больше хулиганов, крови, дубинок и газа. А мой коллега из России будет транслировать умиротворенных костромских буренок, от вида которых ваше сердце наполнится радостью.
Протестующих охраняет вооруженная полиция. Ее задача — не допускать насилия и защищать порядок.
Демонстрации и митинги проходят в «красных зонах» — туда стянуты силы полиции. Чтобы спокойно спать ночью, бронируйте гостиницы за пределами «красных зон».
Вопрос этичности в коммуникации возникает, когда мы формулируем свою задачу.
Например, я хочу, чтобы в России люди реже соглашались на «серую» зарплату и чаще платили подоходный налог. Это моя позиция как гражданина. Я могу быть не всегда согласен с тем, как власть распоряжается налогами, но всё равно считаю, что мы как граждане должны их платить.
Чтобы решить эту задачу, я покажу два региона: в одном, по разным оценкам, «серая» зарплата составляет от 30 до 55 %, в другом — меньше 10 %. В «сером» регионе я покажу разваливающиеся больницы, разбитые дороги, гнилые машины скорой помощи. Тут же мы откроем цифры регионального бюджета и покажем, как мало собираем налогов. А в «белом» регионе бюджет в шесть раз больше, и вот они — красивые новые корпуса больниц, ровные дороги, современные детские сады.