Такая сензитивность – дело не только обучения и супервизии, хотя и то и другое может очень серьезно повлиять на ее развитие. Это продукт жизненного опыта. Стало быть, молодому человеку развить ее гораздо труднее – трудно, но возможно, как показывает пример моих молодых коллег, наделенных огромной интуицией и эмпатией. Как правило, эти люди обладают очень разнообразным жизненным опытом (часто горьким), существенно превышающим опыт среднего человека.

Несомненно, возраст может породить ригидность, которая противоположна сензитивности, и в любом случае возраст – не гарантия развития. Сензитивность, подобная той, о которой мы здесь говорим, – это продукт разнообразных значимых человеческих контактов, открытости перед эстетической стороной жизни, близкого знакомства с экзистенциальными условиями собственного существования психотерапевта и – еще чего-то большего.

Итоги

Итоги

Забота – это встроенный потенциал человеческого существа. Жизненный опыт иногда так разрушает или искажает внутреннее чувство человека, что несмотря ни на какие практические нужды установить контакт с внутренним миром оказывается невозможно. Людям, у которых эта проблема сильно выражена, часто ставят диагноз шизофрения; тех, у кого она менее серьезна, могут считать страдающими от обсессивно-компульсивных расстройств.

Но вполне здоровый человек может переживать заботу, даже если она неосознанна и скрыта. Грустный комментарий к нашей культуре (особенно нашей системе образования): давление объективизации столь многим из нас закрывает доступ к этому жизненно важному таланту. Психотерапия, которая будит у клиента заботу о его собственной жизни, таким образом, делает огромный вклад в эту жизнь. Психотерапевт, который научится достаточно полно описывать свои заботы, сделает огромный шаг в своей собственной жизни.

Путешествие психотерапевта

Путешествие психотерапевта

Психотерапия – это искусство или наука? Я ясно обозначил свою позицию в этом вопросе в заголовке этой книги. Другие все еще ищут фрейдово потерянное Эльдорадо совершенной науки о поведении. Поведение меня заботит меньше, чем человеческие переживания. Что мы имеем – так это неудачное сосуществование двух областей в одних и тех же словах – психология, психотерапия. Брак получился несчастливый.

Если психотерапия – наука в обычном понимании этого слова, то вся эта глава – полная чепуха. Такая наука стремится быть объективной, снижать влияние индивидуальных различий тех, кто в ней практикует (до нуля, если можно), быть надежно воспроизводимой в отношении процесса и результата. Для такой науки забота психотерапевта не существует, за исключением той, что должна ограничиваться неотступным следованием руководствам по лечению.