И только сейчас я поняла, как это важно – просто иметь возможность рассказать маме о том, что не дает спокойно спать, поплакать ей в плечо и услышать слова поддержки. От самого родного человека на свете.

За эти выходные я поняла, что люблю родителей гораздо сильнее, чем думала. И все мои обиды были просто надуманы незрелым, избалованным ребенком, живущим внутри. Теперь у меня снова появилось ощущение, что мне есть ради кого и ради чего жить, что я всегда останусь любима этими людьми и всегда буду им нужна, какой бы я ни была и сколько бы ошибок ни наделала. Этот мини-отпуск позволил мне выдохнуть.

Когда мы теряем равновесие, нам всегда хочется вернуться туда, где его снова можно обрести.

Лежа в своей постели и обдумывая недавний разговор с мамой, я уже не была уверена в том, что поступила правильно, трусливо сбежав от Саши. Мне пришлось признаться себе, что мои чувства к нему были слишком сильны. Я жалела о том, что сделала, и хотя пока не знала, можно ли все исправить, но от одного этого осознания стало легче. Во мне словно что-то щелкнуло, открылось или перегорело, но я больше не могла врать самой себе.

«И пусть в моей жизни сейчас царит хаос, но только от меня зависит, что я дальше буду со всем этим делать», – с такими мыслями я и заснула спокойным, безмятежным сном, как не спала уже много ночей. А уже утром самолет забрал меня домой, где впереди меня ожидало еще много испытаний.

* * *

После размеренных выходных возвращение к офисной жизни походило на резкую смену часовых поясов. Мне предстояло решить много важных вопросов, и все они, разумеется, были срочными. Но главное – меня снова покинуло то шаткое чувство умиротворения, которое посетило рядом с родными.

К семи вечера я закончила все дела, но идти домой все равно не спешила. Разобрала рабочие папки, навела порядок на столе, заполнила ежедневник – занимала себя чем угодно, лишь бы не оставаться наедине со своими мыслями.

Больше всего на свете я хотела позвонить Саше. Рука тянулась к телефону, чтобы рассказать ему, как он мне дорог и как я жалею о том, что натворила. Но что-то меня останавливало. Во мне как будто постоянно спорили демон и ангел, и никто не собирался уступать.

– Позвони ему! – уговаривал один.

– Не вздумай никому навязываться! – возмущался второй.

– Ты не навязываешься, а проявляешь заинтересованность.

– В свое время ты уже проявила. Помнишь, чем все закончилось?

– Не надо сравнивать и всех под одну гребенку!