По-видимому, можно утверждать, что первый тип взаимоотношений между синдромами и поведением более важен. Изолированные виды поведения не являются основой поведения людей. Они изолированы именно потому, что не так уж важны, т. е. не связаны с решением значимых проблем, поиском важных ответов или достижением основных целей организма. Действительно, стукнув молоточком по коленной чашечке, мы сможем наблюдать проявление безусловного рефлекса: нога качнется. Примером может послужить привычка человека есть оливки пальцами и не есть вареного лука, потому что его к этому не приучили. Это так же верно, как и то, что у этого человека есть жизненная философия, что он любит свою семью, любит проводить эксперименты определенного рода, однако последние ситуации гораздо более важны.

Хотя можно утверждать, что внутренняя природа организма детерминирует поведение, на него влияет и еще один важный фактор. Культурные условия, в которых проявляется поведение и которые уже сказались на внутренней природе организма, также являются детерминантом поведения. Наконец, за так называемыми «сиюминутными ситуациями» скрываются еще некоторые, влияющие на поведение факторы. Если цели и задачи поведения определяются внутренней природой организма, а пути к достижению этих целей зависят от культуры, реально сложившаяся ситуация детерминирует реальные возможности: какое поведение разумно, а какое нет, какие промежуточные цели достижимы, что представляет угрозу, что служит инструментом для достижения целей.

С учетом сложности этих взаимосвязей нам становится ясно, почему поведение не всегда точно соответствует структуре характера, поскольку поведение в равной мере определяется внешними обстоятельствами, культурой и характером и является результирующей этих трех факторов, вряд ли оно может служить точным отражением одного из них. Это, конечно, всего лишь теоретическое утверждение. На практике существуют некоторые техники[70], с помощью которых удается контролировать или сводить к нулю влияние культуры и ситуации, поэтому в действительности поведение иногда может довольно точно отражать характер.

Гораздо более сильная корреляция наблюдается между характером и побуждением к действию, так что побуждения к действию могут считаться частью синдрома. Эти побуждения сравнительно более свободны от внешних и культурных влияний, чем наблюдаемые поведенческие акты. Можно пойти дальше и сказать, что мы изучаем наблюдаемое поведение с тем, чтобы получить информацию о побуждениях к нему.

Если это информативный показатель, его стоит изучать; если же нет – то не стоит, поскольку основная цель нашего исследования – понимание характера.