Светлый фон
А тогда, в свои неполные шесть лет я отчетливо поймала очень глубокое ощущение (и так же отчетливо помню его до сих пор, с местом, где это произошло, и даже погодой, и во что я была одета), что хочу понять, как работает жизнь, и как я могу найти в ней свое место. И причем не просто понять, а для того, чтобы как можно больше, на все свои силы, в ней участвовать, помочь ей стать лучше. А самой стать самым замечательным специалистом (одним из лучших на свете!), в ней разбирающимся.

Можно улыбнуться наивности ребенка, но это ощущение как зажглось тогда во мне, так и живет. И сильно помогает двигаться по жизни, искать свое место, делать выбор. И я так подозреваю, что этого мне хватит надолго – пойди пойми до конца, как эта жизнь работает, если в каждом конкретном случае она непредсказуемо открывается еще одной гранью и все опять надо делать по-другому.

Можно улыбнуться наивности ребенка, но это ощущение как зажглось тогда во мне, так и живет. И сильно помогает двигаться по жизни, искать свое место, делать выбор. И я так подозреваю, что этого мне хватит надолго – пойди пойми до конца, как эта жизнь работает, если в каждом конкретном случае она непредсказуемо открывается еще одной гранью и все опять надо делать по-другому.

Я поэтому так самонадеянно и заявляю, что собираюсь жить долго, – по моим расчетам мне должно хватить огня, еще ведь столько интересного в этой жизни, у меня ощущение, что я только-только на первую ступень поднялась, а впереди их довольно много.

Я поэтому так самонадеянно и заявляю, что собираюсь жить долго, – по моим расчетам мне должно хватить огня, еще ведь столько интересного в этой жизни, у меня ощущение, что я только-только на первую ступень поднялась, а впереди их довольно много.

Недавно я на своем юбилее тоже очень отчетливо, как тогда, в детстве, поймала ощущение, что это – только первая половина жизни, впереди как минимум столько же (а то и больше). И у меня поменялось восприятие времени – я иду вперед, но там становится все больше и больше возможностей, интереса, нового и неизведанного, а не меньше, как это иногда кажется с возрастом. Сократовское: «Я знаю только то, что ничего не знаю», вместе с его «майевтикой» – методом «родовспоможения» постоянного поиска истины мне стало понятно и близко на уровне всех органов чувств. И это ощущение постоянного открытия жизни дает мне силу так легко произносить это мое: «давно живу», потому что это означает только большое количество проверенного исследовательского материала для подтверждения и развития гипотез о жизни.