Преимущество «Солнца» в том, что бессознательное, получая мощный ресурс, само решает, как ему исцелиться. В случае с Фатимой это было возвращение зрения. Но эта же техника отлично себя проявила не только в случаях истерической слепоты.

Например, как-то пришлось работать в лагере беженцев с девочкой-подростком, изнасилованной тремя наркоманами. Понятно, что «Солнце» было только частью работы. Вначале мы с Машей долгое время провели в разговоре в раппорте, под конец которого ей был в доверительной форме сделан рефрейминг по типу «У других еще хуже»: «У тебя, ты говоришь, их было трое, а у другой девушки, с которой я недавно работала, – шестеро, у тебя это продолжалось где-то полчаса, а у нее – неделю, у тебя не было использовано посторонних предметов, у нее – были, и из-за этого понадобилась помощь хирурга, к тому же некоторым приходится еще лечиться от нехороших болезней и избавляться от беременности. Так что, Маша, я тебя поздравляю, ты у нас – везучая для такого случая». Конечно, автор передает только общий смысл сообщения, а в реальной терапии с подростком все было донесено простыми предложениями и доступным для нее языком, просто передавать здесь разговор таким, как он реально состоялся, не представляется возможным, тем более что он не имеет отношения к теме «Взмах».

Машу уже много раз пытались «утешать» как ребенка до нашей с ней встречи, отчего девочка окончательно замкнулась и не желала больше ни с кем разговаривать. А не разговаривала она почти в течение года… Ей был поставлен психиатрический диагноз, по словам ее мамы, «что-то вроде аутизма». В таком виде мы и застали ее в первый раз. А девочка эта молчала, как выяснила во время терапии автор, только потому, что видела во всех фальшь и неискренность. Все боялись называть вещи своими именами, говорили с ней стыдливо-завуалированно. Она открылась только потому, что автор оказалась первым человеком, который не побоялся говорить с ней как со взрослой и, можно сказать, начистоту.