Не нужно долго рассказывать о пользе Второй позиции: именно она позволяет человеку жить полноценной цивилизованной жизнью в своей культуре. Но когда Второй позиции перебор, то жизнь человека становится не вполне полноценной. В любом случае это жизнь «напоказ». Если человек достаточно одарен и обладает большими амбициями, то он с удовольствием постоянно смотрит на себя и оценивает себя глазами других и может, кстати, при этом даже быть достаточно успешен. Часто люди такого типа делают карьеру в актерской или в какой-либо другой публичной профессии. Но такому человеку всегда будет очень трудно (а в запущенных случаях – невозможно) сказать, как лично он оценивает ту или иную ситуацию и что лично он ощущает и чувствует по ее поводу.

Если у человека изначально несколько занижена самооценка, то жить во Второй позиции ему еще сложнее: он постоянно испытывает дискомфорт, находясь в обществе других людей, – «А чего они смотрят?». Школьные учителя легко могут вспомнить из своей практики таких детишек – кандидатов в представители того или другого типа, «застревающих» во Второй позиции. Когда учительница стоит за спиной ученика, наблюдая, как он выводит палочки и крючочки, одни детишки начинают писать их гораздо старательнее и красивее, а у кого-то вообще перестает что-либо получаться! Вот такая она разная, эта Вторая позиция: с одной стороны, она может заковать человека своими ограничениями по рукам и ногам, но с другой она является огромным стимулом для личностного и духовного роста. Ведь именно она задает те критерии, с которыми человек время от времени себя соотносит: от учителя в школе до Учителя в высшем понимании этого слова.

Третья позиция. Абсолютно бесстрашная позиция в буквальном смысле этого слова. В ней отсутствует страх. Именно поэтому в Российской школе НЛП ее часто называют смоделированным хладнокровием или смоделированной смелостью. Кстати, как вы думаете, может ли по-настоящему смелый человек сказать о себе, что он смелый? Совершенно верно, никогда. Его могут называть смелым только другие люди, а для него то, что он делает, – норма: «Работа у меня такая». И ему искренне непонятно, почему остальные считают, что он совершает что-то необычное. Ему также непонятно и другое: а почему, собственно, другие тоже так не могут?

Секрет прост. Герои всегда были профессионалами Третьей позиции, хотя никогда и не знали, что это состояние так называется, что ни в коей мере не умаляет их человеческих достоинств. Находясь в Третьей позиции в экстремальной ситуации, можно как хладнокровно и эффективно начать спасать других людей, так и хладнокровно и эффективно увести от опасности лишь самого себя – все зависит от этического уровня. Третья позиция вовсе не подразумевает безумия: человек полностью отдает себе отчет в степени риска, на который он идет. Но себя в тот рискованный момент он видит как в кино, со стороны.