Скорее всего, мама того мальчика ненадолго вышла к соседке, думая, что он спит, или еще что-нибудь в этом роде, но у ребенка «отпечаталось» в тот момент: «Мама от меня ушла!» У детей, как известно, понятие времени отсутствует: все происходит «навсегда» и «насовсем». К тому же все случающееся в мире имеет отношение непосредственно к нему: не «мама вышла из квартиры по своим делам» – какие у мамы могут быть дела, кроме него! – а «мама ушла от меня». Другой ребенок, возможно, не увидев рядом мамы, просто продолжил бы спать или сидел и играл в кроватке, спокойно ожидая ее прихода. Этот же мальчик отреагировал в детстве именно так, как он отреагировал, и именно поэтому продолжал реагировать сходным образом всю последующую жизнь, пока мы с ним вместе хорошенько не поработали.

Терапевту никогда нельзя принимать сторону «несчастного ребенка», становясь его «утешителем», – лучше, сохраняя нейтрально-доброжелательную позицию, предоставить возможность со всем разобраться взрослому «Я» клиента.

Помнится, один мужчина страдал от того, что необычайно болезненно реагировал на замечания или критику по отношению к себе, сделанные в присутствии других, вплоть до того, что мог расплакаться и выбежать из комнаты. Самый ранний травматический эпизод оказался «записанным» так: «Мама при всех меня избила». Во время работы при взгляде из Третьей позиции выяснилось, что мама его, оказывается, отшлепала, когда он неожиданно ринулся под машину, спасая чей-то мячик, и чудом остался жив. Не стоит спорить о том, правильно поступила мама или нет, но, если клиент войдет в позицию собственной мамы в той ситуации, ее поведение в любом случае станет ему эмоционально понятным. Поведение этого человека полностью изменилось, когда его обиженный ребенок вдруг для себя уяснил из слов своего взрослого «Я», что публичное отшлепывание сына было всего лишь проявлением маминой любви и страха его потерять!

Терапевту не нужно торопиться с интерпретациями и выводами по поводу того, что́ происходит в той или иной ситуации: лучше потратить на сбор информации побольше времени и с помощью грамотных вопросов терапевта дать клиенту возможность самому воспроизвести эпизод.

Иногда может так получиться, что клиент, едва взглянув на свою Линию жизни, начинает плакать. В этом случае бывает полезно мягко и в раппорте сказать ему, обратившись по имени: «Вася, это очень хорошо, что внутренняя работа уже началась, и с такой интенсивностью. Давай ее только сразу немного структурируем. Плакать можно и нужно вот здесь, на самой Линии жизни (мягко заводим плачущего клиента на Линию). А рядом с Линией – у нас место для взгляда на происходящее со стороны, из позиции Наблюдателя. Сейчас, на Линии жизни, можешь дать волю эмоциям в той степени, в какой тебе это сейчас нужно, и, как только будешь готов, выходи вот сюда, в позицию Наблюдателя».