933 Никогда прежде не бросалось мне в глаза столь отчетливо, насколько Кайзерлинга можно считать рупором коллективного духа, пока я не прочитал эту главу. От него, от этого «интеллектуального аристократа» ждешь возвышенных заявлений, разносимых разреженными дуновениями, что исходят из дифференцированного академического ума. Но ничего подобного не происходит. Наоборот, Кайзерлинг говорит о том, что отстоит далеко от академической мысли, о том, что неведомо последней и даже вызывает ее презрение. Это фактические приметы психики современного человека, они не проявляются на поверхности, но становятся видимыми для любого, кто интересуется фоном и кому выпадает случай пообщаться с людьми, не склонными, что называется, говорить громко. Но «мирных на земле»[592] больше, чем шумливых. В этой главе Кайзерлинг говорит с заднего плана с теми, кто живет на заднем плане. Здесь он уже не несносный ребенок, не блестящий оратор, чем, собственно, и подкупает. Мы слышим того Кайзерлинга, который привлекает внимание, который говорит от имени многих и так знаменует великую эпоху перемен. Человек нашего века, несомненно, говорит через него, когда он ставит понимание выше веры, а опыт выше вероучения. Индивидуум, «владеющий собой и освобожденный от оков традиции, начинает постигать в новом и личном виде древние истины, ибо они суть истины, которые в былые времена просто признавались беспрекословно. Старые формы разлагаются, но передовые меньшинства начинают более глубоко, чем когда-либо со времен золотого века христианства, когда греческие мыслители формировали христианское мировоззрение, познавать его сущностный смысл, его живую и бессмертную субстанцию. Это означает не что иное, как близость эпохи Святого Духа».

934 Кто бы мог подумать? Вернее, кто на самом деле так думает? Кто эти «передовые меньшинства»? Где они? Я отвечу – так думают ваши ближайшие соседи, Майеры и Мюллеры, от которых никак этого не ждешь. Порой они осознают свой порыв, а иногда остаются в неведении. Если осознают, то прячут свое осознание тщательнее, чем скрывают самые постыдные скандалы. Сегодня стыдятся не старомодных неподобающих уловок, а тайной духовности. Миллионы людей ставят «духовные» опыты над собой и настолько стыдятся своего некомпетентного и беззаконного поведения, что чаще всего закрывают глаза на собственные поступки. Само их число оправдывает Кайзерлинга, который вещает столь уверенно, изрекает нечто неслыханное и дерзновенное, против чего – он должен это знать – наверняка ополчатся все церкви, все академии, все правительства и все акционерные общества, согласно качая своими мудрыми и почтенными головами. Сколько из этих «мирных на земле» осмелятся демократично пожать руку доброму графу на основании такого признания?