- Что это вы, господин хороший, мешаетесь… – начал было приказчик, но, наткнувшись на выразительный взгляд, вдруг стушевался и замолк.

- Что вам угодно? – строго посмотрела на незнакомца Александра.

- Прошу меня простить, – изобразил легкий поклон тот. – Я невольно стал свидетелем вашего разговора. Обычно я такого себе не позволяю, но… мой сын был пилотом.

- Был?

- Да. Это было давно.

- Мне очень жаль. Но я все же не понимаю…

- Простите меня, милая леди, я не должен был вмешиваться.

- Но раз уж вы вмешались, – смилостивилась девушка, – говорите.

- Простите?

- Вы сказали, что знаете, что мне нужно. Я вот, например, совершенно этого не представляю! Так что говорите…

- Ах да, – смутился незнакомец. – Видите ли, я ювелир. Мне очень хотелось, чтобы мой сын пошел по моим стопам и занялся семейным делом, но он выбрал небо. Я, на свою беду, не стал ему противодействовать и теперь остался совсем один. Но вот это должно было стать ему подарком…

С этими словами он вытащил из-за пазухи небольшую коробочку и с легким щелчком раскрыл ее.

- Какая прелесть! – не удержалась от восхищенного возгласа Шурка, увидев, как сияет на синем бархате значок пилота.

- Спасибо, я старался.

- Ваша работа? Нет, я не могу такое принять, это ведь память…

- Я не прошу вас его принять, – улыбнулся незнакомец. – Я не успел отдать его, так что памятью это тоже не назовешь. Думаю, мой сын был бы рад, если бы предназначенный ему знак стал носить другой летчик. Так что я готов его продать.

- Сколько? – с деланным равнодушием поинтересовалась девушка, уже точно знавшая, что ни за что не упустит этой вещицы.

- Двести рублей, – ответил прекрасно все понявший ювелир.

- Вы принимаете чеки?

- Конечно.