Но, кажется, этот факт совершенно не заботит моего друга. Свечение от готовящегося удара продолжает усиливаться, ведь урона в последней битве он получил предостаточно. В разные стороны начал разрастаться полупрозрачный купол. Это было «Поле боя». Купол вырос небольших размеров, всего лишь десяток метров в диаметре. А Эли оказалась за пределами этого купола. И не понять, то ли именно это прервало её воскрешающее умение, то ли она уже заранее перестала его кастовать.
В следующую секунду меня накрыло такой вспышкой боли, что в глазах снова побелело, а когда пелена с глаз опустилась, то во весь "телевизор" я увидел лицо гнома. Хищное, в зверином оскале лицо моего друга, который занёс над своей головой секиру, направив всю кроваво-красную ауру в её рубящую часть. От такого финта она мгновенно раскалилась, пошла дымом и начала покрываться трещинами. Воздух вокруг секиры опасно загудел, создавая такое впечатление, что где-то над нами набирают мощность турбинные двигатели, собравшегося на взлёт самолёта.
Я до сих пор наблюдал за происходящим со стороны и всё ещё не мог пошевелиться. От безысходности тот, кто находился в моём еле живом теле, утробно зарычал! А потом его рёв вошёл в унисон с криком ярости и отчаяния гнома, который, будто в замедленном действии, опускал на мою голову свою секиру. И только моё переломанное во всех частях тело, в котором даже все мышцы с сухожилиями были порваны, своей беспомощностью не дало мне увернуться от удара. И я, и Велиал шестой. В последние секунды моей жизни я почему-то понял, кто он на самом деле.
Секира через пару мгновений всё же достигла моей бедовой головы, и моя бестолковка раскололась на две части. Секире гнома досталось не меньше — она разлетелась на тысячи микроскопических осколков, чему раздосадовано покачал головой Грол. Который буквально через секунду свалился в обморок. И умер. Правда я не могу этого уже видеть, скорее это были галлюцинации, вызванные моей преждевременной и такой жестокой кончиной.