Да… Даже те доспешные ящики, что я получил в награду за паучий квест, были поменьше…

Последнюю хакариду попросился добить Креттег. Кажется, мальчик надеялся на чудо: что её зачтут хозяйкой подземелья, и ему дадут «Покорителя пещер».

Взрослые дяди и тётя переглянулись, пожали плечами: иди!

Глава 15. Хакарида белая

Глава 15. Хакарида белая

15. Хакарида белая

Нет, ничего он, конечно, не получил. Мы полюбовались на его разочарованную морду, и принялись делить сундуки.

Как? Жребий? Да выбирайте, отмахнулся я. А я уж, что останется. Высокая Кеттара присоединилась ко мне, и мы с удовольствием начали следить, как орки выбирали добычу себе. Ящики все были закрыты, все были приблизительно одного размера, но по расцветке чуть различались.

Мне дальнейшее отчётливо напомнило сцены на рынках, где продавали арбузы: орки разглядывали их, промеряли, кажется, даже принюхивались! А когда Оггтей обхватил один и словно попытался его сдавить, я не выдержал и захохотал. Нет, оказывается, это он не хотел услышать трещит ли арбуз, он хотел сундук сдвинуть. Не получилось. Все сундуки словно вросли в пол.

Наконец, выбрали. Ключей нигде не обнаружили. Три отмычки Креттега сломались одна за другой. Но против лома нет приёма. В качестве оного использовали мою неломаемую алебарду. Правда, сил моих сорвать засов не хватило, но ко мне присоединился самый из нас накаченный. Он вообще хотел меня оттеснить, но, поняв, что алебарда чужому не дастся, объединил со мною свои усилия.

Засов заскрипел… Заскрипел неожиданно пронзительно. И случилась ещё одна неожиданность: часть дальней стенки вылетела, и из неё выдвинулась до ужаса знакомая морда — ещё одна хакарида. «Хакарида белая» — подсказал бейджик. И ещё он подсказал «25-ый уровень». Впрочем, нечто подобное было понятно и так. Если «хакариды пёстрые» были нам по колени, «хакариды серые» — по грудь, то голова белой выглядела будто бы повыше даже Оггтея.

Первым среагировал Ветогг. Молния из его артефакта протянулась к волосатой морде многоножки. И разделившись, словно цепная, притянулась к торчащим антенкам щетины. И втянулись в них. Тварь только чуть дёрнулась и выдвинулась ещё больше. Камни стены, преграждавшей ей путь, посыпались.

— Иммунитет! — заорал маг.

Наш стрелок тоже выпустил две стрелы. Тварь дёрнула башку, и одна стрела просто отскочила от костяного нароста, вторая повисла, зацепившись за кожу, сняв два хп. Ещё и морда у неё бронированная!

— Отступаем! — заорал я. — Креттег — первый! — это, чтобы он, самый шустрый из нас, не вздумал у прохода ждать да уступать кому-либо дорогу. — Я последний! — а мне надо было приглядеться.