— Горыныч, пойдем, посидим за столиком а? Что-то я уже с ног валюсь. — Мы с соседом подошли к ближайшему свободному столику и уселись на гору подушек.

Мой стакан с кофе, стараниями этих официантов, канул в лету, поэтому я продолжила вгонять себя в рыбные долги:

— Василь, мне стакан кофе с молоком и сахаром. — Котик глянул на меня искоса, типа «а стоишь ли ты доверия с твоей-то кредитной историей?», но все же направился в сторону бара. Вот как он объяснит бармену, что я заказала? — Горыныч, что скажешь по поводу «Эха Глубин», я немного про них почитала, но сначала хочу услышать твое мнение. — подоткнув под себя со всех сторон подушки, я посмотрела на соседа, который ничего заказывать не стал. Я, чтобы чем-то занять руки, рвала на мелкие кусочки буклет с Уной.

Раз уж Горыныч здесь, и у него так хорошо получается ладить с животными, я призвала свою Окушу. Давно с ней не виделась, все не до нее было. Последний раз мы с ней виделись, когда втроем с Родогуной били актиний в Яслях. Блин, как давно это было, словно в другой жизни.

Моя маленькая Ока была пятого уровня, эта веточка с умными глазками теперь была в длину почти с две мои ладони. Прижавшись к моей шее и немного покрутившись в волосах, она выбралась наружу и довольно шустро поплыла к Горынычу. Замерев у него перед лицом, Окуша начала изгибаться от морды до кончика хвоста:

— И что это значит, а? — вот как так? Он же даже пальцем не пошевелил, а моя девочка уже считает его лучшим другом. — Ока, ко мне.

— Не злись на нее, у меня умение прокачано по общению с животными, я легко с ними общий язык нахожу. Могу тебе для Оки прикормку дать, она будет усиленно расти и набирать опыт, сам, между прочим, разработал и проверил на Мамае. Когда отсюда выйдем, я тебя с ним познакомлю. — Протянув руку, Горыныч посадил мою девочку себе на ладонь. Вся длина Окуши туда не влезла, поэтому между пальцами как вареные макаронины болтались ее хвост и голова. — Эти морские Пегасы очень умные, у них здорово прокачан нюх на внутреннюю суть. Ни один не подойдет к плохому ахилоту, сколько ему вкуснях не предлагай. Даже мое умение по общению с животными лишь немного усиливает симпатию. Но если ее изначально нет, то и усиливать нечего. Плыви, девочка. — И моя Ока, как самая послушная лошадка, поплыла ко мне. Пристроясь у меня на плече, она слилась с цветом моих косичек и пропала из вида.

Пока я возилась с Окушей, к столу подплыл Василь со стаканом кофе на подносе. Взяв в руки стакан с его спины, я получила очередной шлепок прямо по плечу. И это все было проделано так молниеносно, что я даже рассмотреть ничего не успела.