– Но ведь можно и так сполна наказать этого гнома. Помнится, я нашел у него революционные прокламации, а за это можно надолго упрятать на каторгу, – азартно предложил дракон.

– Не годится, – отмахнулся господин Рельский. – Покарать его несложно, но это не решает вопроса об убийстве. Ведь с вас и с госпожи Черновой не сняты подозрения. Нет, такой исход дела не годится.

София зябко поежилась (отчего Шеранн тут же обхватил ее за плечи и прижал к себе, а Ярослав едва не лишился самообладания).

– Значит, нам нужно признание самого господина Реинссона! – заключила гадалка, мягко, но решительно освобождаясь из объятий дракона.

– И как вы рассчитываете его добыть? – поинтересовался Шеранн насмешливо, недовольный отпором.

– Не знаю, – пожала плечами госпожа Чернова. Она встала и отошла в сторону, безотчетно стремясь оказаться подальше. Молодая женщина рассердилась на фамильярное поведение дракона, к тому же впечатления от его превращения были еще слишком свежи в памяти, отчего она невольно его опасалась. – Теперь ясно, почему предсказания путались. Так что я вполне могу погадать.

С некоторых пор София повсюду носила с собою руны, не расставаясь с ними даже в спальне.

Джентльмены переглянулись и разом согласились. Никаких стоящих идей у них не имелось, и оставалось надеяться, что ворожба сдвинет дело с мертвой точки.

Выполнив все надобные приготовления, госпожа Чернова предложила задавать вопросы.

– Как нам вывести на чистую воду господина Реинссона? – подавшись вперед, спросил господин Рельский.

Беркана.

София нахмурилась, всматриваясь в символ.

– Необходимо устранить препятствия, и это как-то связано с женщиной, – чуть неуверенно произнесла она, глубоко вздохнула и постаралась не думать ни о чем, впустить в себя безбрежную спокойную силу, отбросить собственные страхи и рассуждения.

– Убийцей господина Ларгуссона был господин Реинссон? – на всякий случай уточнил мировой судья.

Дагаз.

– Безусловно, – кивнула гадалка, слегка улыбнулась и добавила: – С нюансом «наконец-то вы верно догадались!»

Господин Рельский ответил ей улыбкой и спросил о причинах убийства.

Ансуз.

– Разговор, информация, литература, – что-то в этом роде, – тут же истолковала ворожея и досадливо воскликнула: – Неужели имеется в виду книга? Он не мог иметь к ней никакого отношения!

– Думаю, речь не об этом, – покачал головой мировой судья. – Но это не столь важно. Лучше поразмыслить о том, как доказать вину убийцы…