Видя мои удивленно приподнятые брови, Ал отряхнулся и одернул низ фрака. Я подошла к нему, собираясь что-то сказать, и замерла с открытым ртом, увидев хаос, в который превратилась обычно опрятная комната. Хотя шар Ала светил неярко, урон был очевиден. Один шкаф сгорел дотла, а книги были покрыты коричневой слизью. Следы от огня тянулись до потолка. Дрова для камина разбросаны по полу, рядом с обломками стола. Гобелен с мрачными образами, который, клянусь, двигался, когда я на него не смотрела, лежал кучей в углу, выставив напоказ ранее скрытую стену. Каменная стена была искорежена, как будто ее пытались расплавить, чтобы сбежать отсюда, но, могу поспорить, эти повреждения были здесь еще до Пирса.

У очага не хватало огромного куска камня, и я оглядела руины, пока не заметила его возле самого большого и теперь искореженного котла Ала. Висевший над ним канделябр был темен, а свечи расплавились, образовав лужу, которая полностью испортила темные подушки, лежавшие поверх каменной скамьи у центрального очага.

— Это Пирс сделал? — прошептала я, пока Ал пытался выдвинуть ящик — толстое дерево не сдвинулось на дюйм.

— Adaperire! — крикнул он, и мои руки схватились за застежку брюк, чтобы застегнуть ее, потому что все двери, шкафы и коробки внезапно раскрылись.

— Твой парень — как заноза в заднице, — сказал Ал, выглядя смущенным, и достал три черные свечи из ящика.

— Он не мой парень, — я осторожно коснулась липкой массы, покрывавшей книги, и обнаружила, что она похожа на пыльцу Дженкса. Она легко отделялась от поверхности, скатываясь в шарики и падая на пол. В тех местах, где она покрывала книги, они не обгорели. Было очевидно, что Ал использовал ее, чтобы защитить свою драгоценную библиотеку.

Ал посмотрел на пустую каминную доску, где обычно лежали подсвечники, и его лицо скривилось сильнее.

— Рэйчел, будь так добра и постарайся найти подсвечники? Я полагаю, они в гобелене. Он стоял рядом с ним, когда я швырнул их в него.

Я не смогла сдержать улыбку, пока пересекала комнату. Неудивительно, что Ал был в ярости.

— Нет ничего смешного в том, что моя кухня разрушена, — сказал демон, пока я ногой простукивала смятый гобелен в поисках металлических подсвечников. Я не хотела касаться маслянистой ткани, которая закрывала расплавленную стену.

Я, наконец, нащупала один из них, и, используя обгоревшее полено, перевернула гобелен вверх, задрожав, когда цвета плавно перетекли вниз. Я не собиралась капаться в этой тряпке руками, так что просто развернула полотнище.

— Я нашла их, — сказала я, облегчено выдохнув, и стала пробираться обратно по разрушенной комнате. Ал поставил наши стулья там, где они всегда стояли, оставив место, чтобы обозначить, где будет стоять стол. Он уже развел огонь в малом очаге и побросал ножки стола в больший, центральный очаг, добавив к ним порванные подушки и все, что ему казалось ненужным. Он пробормотал слова на латыни, и в очаге разгорелся огонь.