Я прошептала ему в губы:

- Принадлежать чему?

- Тебе, - и он поцеловал меня. Он поцеловал меня, и на вкус он оказался слаще меда.

Глава 42

Глава 42

Мы, наконец, начали делать нечто подобное тому, чем занимались Жан-Клод и Ричард, только на кровати. Во-первых, я ниже Ашера, причем намного. Во-вторых, я не умею заниматься оральным сексом на скорую руку, а когда приходится стоять на коленях на каменном полу, иначе как по-быстрому, не получается. Я откинулась назад, прижавшись к телу Ашера. И сразу же почувствовала своей задницей, насколько одновременно мягкими и грубыми были его кожаные штаны. Он все еще был одет, как и Жан-Клод во время прелюдии, а я не хотела, чтобы Ашер оставался одетым. У нас в кровати был новый мальчик, высокий, спортивный и достаточно крепкий - прямо как Ричард, и Ашеру нравился этот тип телосложения. Он никого особо не выделял, но прежде всего ему нравились высокие спортивные мужчины. А новый парень, в свою очередь, очень интересовался мной. Он, казалось, не возражал против других мужчин, и ему нравился Мика, но он не заглядывался на них так, как заглядывался Ашер в нашей компании. Ричард обвинил Ашера в том, что ему больше нравятся парни, чем девушки, потому что если бы это было не так, то он предпочитал бы быть первым у женщин. Но Ашеру нравились опытные женщины и опытные в постели с женщинами мужчины, к тому же ему нравилось быть первым мужчиной у парней. Мои общие с Жан-Клодом воспоминания это подтверждали. И Мефистофель, возможно, принадлежал к тому самому типу мужчин, который нравился Ашеру. Но пока Ашер не выяснил, каковы его шансы, он прятал свои шрамы.

Пока мы с Микой раздевали друг друга, мне пришла в голову мысль, что могла быть и другая причина того, что Ашер все еще был одет. Он поимел Жан-Клода так, как давно уже хотел, а тот вместе с Ричардом получал сейчас огромное удовольствие от новой девушки. Беспокоило ли Ашера то, что Жан-Клод показывал такое решительное предпочтение тем частям тела, которых не было у него, или я просто себе напридумывала? Возможно, но с Ашером все могло быть.

Я стянула с Мики его рубашку, а он снял с меня лифчик, мы все еще стояли на коленях на кровати, но уже голые по пояс. Я гладила его предплечья, а он приблизился ко мне так, что наши обнаженные части тел соприкоснулись. Объятие превратилось в поцелуй, который начался вполне невинно, но затем перерос в ласкание друг друга языками и нежные прикусывания зубами.

- Я не знаю, куда мне пристроиться, - произнес Мефистофель, что заставило нас прекратить поцелуй и повернуться к нему.