И тут же невольно прикрыла лицо рукой. Она почувствовала, что сейчас ее вырвет, и вынуждена была прикусить большой палец; боль разрезала тошноту, словно нож.

В комнате практически ничего не было, кроме единственного окна, железной кровати и останков Эммануила Гаста, разлагавшихся на голом дощатом полу. Грудь его была распорота, из зияющей алой полости торчали обломки ребер. Кровь собралась в щелях между досками. Единственным, что еще осталось человеческого в трупе Гаста, были его руки: они были раскинуты в стороны ладонями вверх, словно перед смертью он тщетно умолял о пощаде.

Он умер уже довольно давно. Запах был ужасающий.

Люси попятилась, но внезапно дверь у нее за спиной захлопнулась сама собой с такой силой, что задрожала вся стена. Люси опустила руку и почувствовала металлический привкус крови во рту; а в это время оно, лежавшее на полу, приподнялось, и из дыры в груди выплыла какая-то черная тень.

Это был призрак. Но он отнюдь не походил на призраки Джессамины и Джесса Блэкторна, которые внешне ничем не отличались от людей. Воздух вокруг жуткого видения дрожал, как будто в момент насильственной смерти в ткани вселенной образовалась дыра. Оно – он – был каким-то лохматым, размытым по краям, лицо под копной немытых темных волос было белым, как череп, долго пролежавший под палящим солнцем. Сквозь полупрозрачное «тело» были видны узоры на обоях.

Призрак Эммануила Гаста смотрел на Люси, моргая водянистыми голубыми глазами.

– Зачем ты вызвала меня, дурочка? – грубо обратилось к ней существо; голос его походил на шипение пара, выходящего сквозь дыру в трубе.

– Я тебя не вызывала, – возразила Люси. – Я вообще понятия не имела о том, что ты мертв, до того, как увидела твои останки. Надо сказать, что мне это не доставило особого удовольствия, – добавила она и сердито уставилась на привидение.

– Зачем ты вернула меня в комнату, где я испытал невыносимые мучения? – шипел Гаст. – Что тебе нужно, Сумеречный охотник?

Люси потянулась к ручке двери, находившейся у нее за спиной, и подергала ее, но дверь не открывалась. Она услышала приглушенные голоса брата и друзей, которые звали ее по имени.

Она глубоко вдохнула спертый воздух, насыщенный миазмами, и ее снова едва не вытошнило. Несмотря на то, что Гаст был мертв, он по-прежнему оставался единственной ниточкой к разгадке тайны демонов, которые убили Барбару.

Люси расправила плечи, выпрямилась во весь рост.

– Ты вызывал демонов? Тех, что напали на нефилимов при свете дня?

Призрак молчал. Люси разглядела резаную рану на горле, в глубине которой белели позвонки. Убийца Эммануила Гаста хотел быть абсолютно уверенным в том, что чародей мертв.