Люси посмотрела на них с несколько озадаченным видом. Она редко видела, чтобы Джеймса настолько сильно занимали разговоры с кем-либо, кроме его ближайших друзей.

– Интересно, – пробормотал Мэтью, прищурив зеленые глаза. Потом поднял руку и помахал, и на сей раз Джеймс их заметил. Они с Корделией ускорили шаг, и все четверо встретились на перекрестке. Люси не сразу заговорила с подругой: та выглядела совершенно иначе сейчас, когда избавилась от ужасающих платьев, навязанных матерью. Она была в броне, длинной тунике, сапогах и брюках, рыжие волосы были заплетены в косу, и на плече висел кожаный мешок. Она выглядела более юной и прекрасной, чем на балу в Институте.

– По нужному адресу находится пансион, – сообщил Мэтью, когда Корделия и Джеймс приблизились. – Мы уже заглядывали туда. Хозяйка сказала, что наш друг Эммануил Гаст уехал на неопределенное время.

– Мэтью не сумел очаровать ее, – добавила Люси. – Это не женщина, а говорящая каменная глыба. Однако нам удалось выяснить, что его квартира находится на третьем этаже.

Губы Джеймса тронула улыбка. Больше всего во время патрулирования он обожал забираться на крыши.

– Значит, поднимемся по боковой стене здания.

– Так я и знал, – буркнул Мэтью, когда они вслед за Джеймсом свернули в узкий переулок, заваленный мусором. – А я как раз надел новые сапоги.

– Напряги мышцы, Мэтью, – усмехнулся Джеймс. – И ринься в бой, крича: «Господь за Гарри и святой Георг!»[30]

– Шекспир, – сказала Корделия. – «Генрих V».

– Верно подмечено, – отозвался Джеймс и достал крюк. Продев в металлическую петлю канат, он отошел от стены и замахнулся. Как всегда, он бросил крюк с безупречной меткостью; острия вонзились в перемычку над окном третьего этажа, а веревка упала к ногам Сумеречных охотников. – «Что ж, снова ринемся, друзья, в пролом»[31], – объявил он и начал карабкаться вверх.

За Джеймсом взбиралась Корделия, за ней Люси, а последним лез Мэтью, вполголоса проклинавший грязь на сапогах. Преодолев половину подъема, Люси услышала вопль. Она взглянула вниз и увидела Мэтью, который на четвереньках стоял на мостовой. Должно быть, он свалился.

– С тобой все в порядке? – спросила она громким шепотом.

Мэтью поднялся; руки у него заметно дрожали. Старательно избегая встречаться взглядом с Люси, он снова схватился за канат.

– Я же говорил, – пробормотал он. – Это все новые сапоги.

Люси продолжала лезть вверх по канату. Джеймс тем временем уже добрался до окна, уцепился за наличник, огляделся и ударил ногой по раме; рама сломалась, в комнату полетели обломки дерева, переплет, стекло и все прочее. Затем Джеймс и Корделия скрылись в черном прямоугольнике окна. Люси и Мэтью последовали за ними.