– Да, послала.

– Конечно, я сделаю все, что угодно, для своей будущей названой сестры, – искренне ответила Корделия. Ей очень хотелось увидеть Люси, и еще больше хотелось занять себя чем-то полезным. Как-то помочь раненым. Всю ночь она думала о Барбаре, которую совсем не знала, но которая показалась ей такой доброй, и умерла такой молодой.

– Сомневаюсь, что этот чародей будет рад нас видеть, – сказал Джеймс. – Надень броню и прихвати Кортану; мы должны быть готовы к бою.

Эммануил Гаст жил в квартире над мастерской по изготовлению носовых платков, поблизости от того места, где Фрайдей-стрит упиралась в Чипсайд. Когда они проходили мимо поворота на Фрайдей-стрит, Мэтью махнул рукой.

– Вон там когда-то находился паб под названием «Русалка», где обычно выпивал Шекспир.

По мнению Люси как писательницы, это местечко не могло служить источником вдохновения для артиста. Вдоль улицы тянулись одинаковые дома грязно-бурого цвета, с узкими окнами в свинцовых переплетах и голландскими крышами из источенного червями дерева. Навесы над первыми этажами некоторых домов тоже были бурыми, но не от краски, а от уличной пыли и городского смога. Чипсайд являлся одной из самых оживленных улиц города, и сейчас он весь был забит людьми – от лотков рыбных торговок до белой колокольни церкви Сент-Мэри-ле-Боу.

Люси наморщила нос.

– Не могу сказать, что Шекспир был особенно разборчивым в тавернах.

Мэтью улыбнулся, хотя выглядел он так, будто не спал всю ночь, подобно Люси. На обоих была темная броня, на запястье выделялось белое пятно траурной повязки, в петлицу был вдет белый цветок. Он все утро отпускал шуточки, и Люси, в свою очередь, изо всех сил старалась улыбаться в ответ. Трудно было не думать о Барбаре, о тех, кого вчера привезли в лазарет. О том, что в любую минуту можно ожидать новой атаки, о том, кто следующим будет ранен или убит.

– Люс. – Мэтью легко прикоснулся к ее локтю. Особые чары, «гламор», делали их невидимыми для простых людей, и толпа текла вокруг них, словно река вокруг острова. Рассыльные с выпусками «Ивнинг Стандард» сновали взад-вперед по улице; несколько минут назад Мэтью кивнул одному из них и объяснил Люси, что это был «солдат Нерегулярной армии», один из множества уличных мальчишек Нижнего Мира, которые выполняли мелкие поручения владельца и посетителей таверны «Дьявол». – Есть одна странность, о которой я хотел с тобой поговорить. Чарльз… ну, Чарльз всегда странно себя ведет, но Чарльз и Грейс…

– Джеймс! Корделия! – Люси приподнялась на цыпочки и помахала брату поверх голов людей. Они с Корделией, судя по всему, вышли из кареты на некотором расстоянии от нужного места и сейчас направлялись к Люси и Мэтью. Они были поглощены разговором, и лица у них были такие, как будто они поверяли друг другу некие тайны.