Глаза Джесса почему-то стали черными.

– Не стоит думать о долге перед умершими, Люси.

– Но я буду помнить, – прошептала она. – Твое тело до сих пор находится в Чизвик-хаусе? Грейс заботится о тебе?

– Да. Она приходит, когда у нее появляется такая возможность, говорит остальным, что ей нужно присматривать за домом, ведь теперь мы не можем доверять… – Он резко замолчал. – Наша с тобой встреча, Люси, научила меня иначе смотреть на мир, – заговорил он снова через какое-то время. – Раньше я думал, что странное поведение матери – всего лишь безобидные причуды. До той минуты, когда та чешуйчатая тварь напала на Грейс, я не знал, что она связалась с демонами.

– Я тебе очень сочувствую, – прошептала Люси.

Он мягко произнес:

– Это вовсе не твоя вина. Моя мать нуждается в помощи. Грейс собирается устроить так, чтобы ей помогли. Не печалься, Люси. Ты принесла свет в мой темный мир, и за это я благодарен тебе.

– Это мне нужно быть благодарной, – пробормотала она. – И я найду способ помочь тебе, Джесс. Клянусь, я сделаю все возможное, чтобы вернуть тебя к жизни, а если не получится – сделаю так, чтобы ты обрел покой.

Он покачал головой.

– Нельзя давать такие серьезные обещания.

– Я обещаю. И сделаю то, что обещала. Я из рода Эрондейлов, а мы всегда держим слово.

– Люси… – начал Джесс, но внезапно нахмурился. – Я что-то слышал. Здесь есть кто-нибудь, кроме тебя?

– Дже… Брат Захария, – ответила Люси. Она не удивилась – вполне вероятно, что призраки могли слышать шаги Безмолвных Братьев.

Близился вечер, и защитные башни города сверкали в желтых лучах вечернего солнца. Они походили на осенние деревья – алые, золотые, медные, огненные.

– Я должен уходить, – сказал Джесс. – Джеймс Карстерс – Безмолвный Брат. Возможно, он увидит меня, а я не хочу, чтобы у тебя были неприятности. – Он бросил на нее последний долгий взгляд. – Обещай, что оставишь попытки помочь мне.

– Джесс, – прошептала Люси и протянула к нему руки. Она почувствовала слабое пожатие, и он исчез, растаял, обратился в ничто, подобно туману с восходом солнца.

Грейс стояла у окна. На Лондон опустилась ночь, но комнату освещали рыжие уличные фонари. На фоне тусклого прямоугольника окна четко выделялся силуэт девушки – ее хрупкая фигурка, прическа, осунувшееся лицо. Неужели она всегда, с самого начала, была здесь? Должно быть, так – конечно, она находилась в его спальне все это время. Джеймс с силой вцепился в спинку кресла. У него кружилась голова. Наверное, он все-таки еще не поправился, иначе откуда эта смертельная слабость?

– Джеймс? – Грейс приблизилась к нему, и шорох ее зеленого платья в абсолютной тишине показался ему оглушительным. – Ты поможешь мне? Ты уничтожишь механического монстра?