— Славка, зараза, так и знал, что ты и тут поглумиться шанса не упустишь, — прогудел недовольно Шорин, когда наконец увидел меня.

— Я ж тебе не член отстрелила, — пожала плечами. — Хотя могла. Пошли, — указала рукой направление и зашагала перед ним. Шорин два на два в обхвате — отличное живое укрытие.

По правилам, «трупы складировали» у флага, чтобы не вернулись к своим и не рассказали, что видели и где этот самый флаг.

В общем, Шорина надо было не только пристрелить, но еще и отконвоировать.

— За что ты нас так не любишь, Слав? — прогудел Вовка, когда нам оставалось метров пятьдесят до «базы».

— Я вас люблю, я вас очень люблю, — покачала несогласно головой. — Вы просто кодите, как для себя, Вов, а надо, как для людей, понимаешь?

— Мы тоже люди, — прогудел мужик обиженно. Я только усмехнулась.

И дальше мы шли в тишине. Вот только, когда башня и Алиска в ней показались среди сосен, слева вдруг выскочил взмыленный Тарасов, справа такой же взмыленный Сашка. И, судя по виду, оба искали меня.

— Ты где, блин, лазаешь? — гаркнул Андрей.

Я молча указала на хмурого Вовку кивком головы.

— Сашка, Шорин на тебе, а ты со мной, Воронова.

Я даже смысл сказанного переварить не до конца успела, а безопасник уже схватил меня за руку и потащил сквозь кусты куда-то назад. Быстро очень потащил, почти бегом, особенно учитывая, что его один шаг — моих три.

— Тарасов, — попробовала я выдернуть руку минут через пять, но выдернуть само собой не получилось. Андрей только крепче сжал запястье, продолжая ускоряться и тащить за собой. — Что происходит, куда ты меня тащишь?

— Пригнись, — зашипел грозный командир, утягивая вниз.

Пришлось покорно пригибаться, хотя на мой совершенно дилетантский взгляд вокруг нас не было ни души.

Дальше мы нырнули в какую-то канаву, потом выбрались из нее и так же, пригибаясь, продолжили хрен знает куда и хрен знает зачем бежать. Пригибались, прятались за деревянными ящиками, шинами, черт знает чем еще и бежали. И все это время я пыталась выдернуть запястье.

Ну раздражает же, честное слово!

Я, конечно, не надеялась отсидеться в кустах, но и на такие марш-броски тоже не подписывалась. Во-первых, в жилете и камуфляже было довольно жарко, во-вторых, ружье все-таки весило знатно, в-третьих, в какой-то момент маска, защищающая глаза, начала запотевать, ну и в-четверых, я бы все-таки очень хотела понимать, что происходит.

— Да объясни наконец-то, куда ты меня тащишь, Тарасов! А то лягу здесь и хрен ты меня куда сдвинешь. Только если допинаешь.

— Мне Гор тогда зубы в глотку вобьет, Слав, — фыркнул он. — А мы этого не хотим, ты мое тактическое преимущество, — хохотнул Андрей, поворачиваясь. На немного вытянутом лице горели ехидством карие глаза.