Я чувствовала своего дракона. Его ярость вперемешку с отчаянием и болью. И я понимала, что он разделял мою боль, что наши чувства теперь одни на двоих. Мы подпитывали друг друга. И именно это дало мне сил управлять своим телом и сделать шаг.

Крышку с кастрюли наконец сорвало, и все сдерживаемые ею эмоции вырвались и трансформировавшись в одно действие. Барольд окружил себя магами и войнами, но не додумался, что девчонка, которую он пленил с помощью магии, сможет разорвать путы и ударить его ножом. Простой удар, но в нём оказалось куда больше смысла и эффективности.

Жар пламени ласкал мою кожу, как и взгляд дракона. Моё тело всё ещё слушалось плохо, но я медленно развернулась и посмотрела на своего дракона. В какой-то момент его длинный хвост плетью дернулся, схватил меня и дернул к нему.

Миг — и я стояла, прижатая к горячей груди истинного. Подняла взгляд и увидела перед своим лицом на расстоянии вытянутой руки чёрный кусок металла. Такой же самый, как на шее у моей прабабушки и Фалигарта. Тот, что сделал Барольда таким могущественным. Я потянулась к обычной застёжке. Несколько секунд — и ошейник упал на площадь перед собором, на котором собралась толпа людей.

«Я всегда знал, что ты будешь удивительной», — прозвучал в голове мягкий голос моего дракона.

И это такая услада для моих ушей. Не его похвала, а его голос, возможность просто слышать его. Слышать, понимать и… отвечать.

— Ты снова слишком долго, — прижалась щекой к его коже.

«Прости, свет мой».

Дракон оборатился, и я увидела мужчину, от вида которого у меня перехватило дыхание. Я влюбилась в него.

Он медлил, не зная, что сказать или сделать. Я чувствовала сердцем, которое тянулось к нему, будто кто-то прикрепил между нами канат и натягивал его, как он волновался сделать что-то не так.

Я врезалась в тело своего истинного, вышибая из него дух. Он тут же крепко обнял меня, и я, наконец, до самой последней клеточки своего тела ощутила себя в этом мире на своём месте. Вот чего мне не хватало все эти дни. Ни фермы, ни друзей, а именно ощущения родственной души рядом. Ещё одного сердца, которое будет биться с моим в унисон.

— Ты такой тёплый… — прошептала, приподнявшись на носках и потеревшись носом о его шею.

— А ты такая мягкая, — он зарылся носом в мои волосы и глубоко вдохнул. — Я счастлив, что могу обнять тебя и не бояться раздавить.

— Было бы очень неловко, — хихикнула я и подняла на него взгляд. — Знаешь, я думала, ты будешь чуть пониже.

— Почему? — вздернул бровь.