— Пока, милая.

И я смотрю, как в небо устремляются маленькие драконы, которые ещё год назад не могли себе такого позволить. Кто-то хоронился, как Чешуйка, чтобы не нашли. А кто-то был заперт по велению сумасшедшего Барольда.

После того, как в день моего несостоявшегося замужества, все успокоились и пришли в себя. Относительно. Было решено отправиться в покои Барольда. И там было обнаружено много интересного, в частности — полные сундуки личных дневников. Да, взрослый дядя со склонностью к геноциду вёл дневники. В них он подробно описывал всю свою ненависть к драконьему племени и, в частности, к «глупому» королю драконов.

— Огиер был прав, — Нодар закрывает очередной дневник. — Мне не стоило принимать Барольда ко двору. Я был ослеплён желанием одарить королевской милостью всех вокруг.

— Нельзя называть глупостью желание помочь человеку, — сжимаю его ладонь с улыбкой. — Ты не мог знать, что Барольд воспользуется твоей добротой, — усмехаюсь. — Так же как и я не могла знать, что тебя зовут Нодар. Правда, что ли?

Он закатывает глаза и смеётся, пока я стараюсь успокоить ярость в душе. Надо сделать это быстро, чтобы мой дракон не успел заметить. Но он все же замечает.

— Всё в прошлом, — успокаивающе гладит он меня по волосам.

— Да, — киваю. — Но Огиеру я все же выскажу за то, что он называл тебя глупцом.

— Теперь он имеет на это право, — Нодар снова улыбается, отодвинув скорбь на время. — Теперь он старше и мудренее.

— То, что у него чуть больше седины, ничего не значит. Кстати, а почему он выглядит намного старше тебя?

— Потому что ипостась дракона замедляет старение, так же как и заклятие, которое королевская семья может наложить. Это заклятие сработало на твоём друге Роре, и на тех, кто был ближе, но не на Огиере и других драконах. Они были слишком далеко от меня.