Можно ли положиться на отца? Сможет ли он в трудную минуту помочь? Одежда Святослава держалась на нём каким-то чудом, свисая клочками. Волосы были в засохшей крови. Он продолжал отчаянно вырываться из ледяных рук, когда его тащили, словно его обжигали любые прикосновения враждебных существ. Его руки были скованы наручниками и прикованы сзади к ногам, так что он и мог только стоять перед нами на коленях. Такая поза не предполагала оборота. Отец не смог бы обратиться даже для того, чтобы дорого продать свою жизнь, забрав с собой может быть парочку высших. Придётся рассчитывать только на себя. Возможно ли оказаться в нескольких местах стразу? Вот и я не знал.

Когда упыри убрали от него свои руки, Святослав угомонился и поднял на меня свой взгляд. Наши глаза встретились. В его серых я не увидел ни страха, ни боли, только горечь отчаяния. Высшие вампиры смотрели на него с холодным интересом и презрением, как на низшее существо. Из присутствующих практически никто не знал, что Святослав являлся моим отцом, но только не Закария. Высокородный дед специально всё так провернул. Наблюдал за моей реакцией, ухмыляясь в лицо. Каких невероятных сил мне стоило не показать своей холодной ярости! Держать на лице невозмутимую маску и продолжать играть свою роль. Не дождавшись проявления эмоций, Закария вкрадчиво сказал:

— Волк перед Вами. Спросите его, мой принц!

Я медленно двинулся вперёд, устремив свой взор на отца. В его расширенных глазах не было жажды убийства, какая бывает при виде кровососа. Сплошная горечь, раскаяние и сожаление.

— Убей меня. Я не смог их спасти! — произнёс он горько.

— Твоё время ещё придёт! — бросил я тихо, а потом спросил громче: — Волк, если хочешь сохранить жизнь, ты должен показать врата.

— Нет! — ответил отец.

Я подошёл вплотную к нему, уставился в глаза.

— Я не шучу. Тебе сохранят жизнь! Покажешь местонахождение и будешь свободен! — громко, затем одними губами: — Нужно потянуть время. Пойдёшь со мной. Там сможешь сбежать.

— Здесь Кира и Анна, я их не оставлю, — покачав головой, стряхивая внушение, прошипел он.

— Снимите с него цепи! — приказал голосом не терпящим возражений, понаблюдал, что упыри в форме охраны перевели взгляд на Закарию, и когда тот кивнул, понял, кому здесь всегда подчинялись, и кто мнил себя лексом.

С отца сняли все оковы, кроме наручников. Руки всё так же были скованы сзади. Я грубо поволок его сквозь толпу упырей, которая расступалась от моего яростного взора.

— Где они? — прошипел сквозь зубы.

— Кира была со мной в старом УАЗе. Где Анна, не знаю. По запаху, где-то рядом, — шёпотом ответил отец.