Хохоча, Элла схватила подушку и швырнула её в меня. Я ответил тем же, и спустя несколько минут по комнате уже летали перья, а мы валялись на совершенно разобранной кровати, абсолютно довольные друг другом.

- Ох, - выдохнула Элла, отсмеявшись. – Мы с тобой два идиота.

- Два ревнивых идиота, - дополнил я. – Не нужна мне никакая Валери. И Заяра никакая не нужна. Да, она привлекательная ведьма, но что с того? Только тебе известны все мои секреты, только тебе я могу доверять!

- А мне не нужны никакие принцы, - поделилась Элла. – Во-первых, они оба намеревались меня использовать, а во-вторых, мне они даже не нравятся!

- Ну, - я повернулся на бок, - они принцы.

- Ну и что? – дернула плечом Элла. – А у меня муж – могущественный маг, и у него вот какая чудесная башня есть! Разве дело – расставаться, когда так всё хорошо?

Башня, кажется, согласно заскрипела камнями. Элла опасливо скосила взгляд в сторону, словно пытаясь убедиться в том, что из стен не пытаются выпасть никакие камни, но, благо, всё было спокойно. Поскрипев немного, башня даже довольно легко успокоилась.

Мы же так и остались лежать на кровати, окруженные следами побоища – перьями, вылетевшими из разорванных подушек.

- Я люблю тебя, - вдруг промолвил я, осознав, что раньше никогда не признавался Элле в этом. – Никому никогда такого не говорил, если честно. Но я ни к кому не испытывал того, что испытываю к тебе, Элла. Это… Сильно отличается от обычной симпатии.

- Не могу ответить тебе тем же, у меня нет выборки для сравнения, - фыркнула Элла. – Но… Если я понимаю себя правильно, то я тоже тебя люблю.

Я подтянул её к себе и поцеловал. Сначала в уголок губ, потом – в щеку. Дорожкой поцелуев спустился к шее и ниже.

Пальцы путались в шнуровке платья Эллы. Оно, как и все местные наряды, совершенно не было предназначено для быстрого снимания, но зато я мог насладиться предвкушением Эллы, загорающимся в её глазах неподдельным желанием…

Она отвечала мне взаимностью. Легко и страстно, не задумываясь о том, что мы минуту назад едва окончательно не поссорились. Загоралась так легко, как может загореться только огненная ведьма, но в этот раз я понимал, что ни для кого другого она пылать попросту не станет.

- Люблю тебя, - прошептала Элла, выгибаясь в моих руках, и я не сомневался в том, что она говорила правду.

В этот раз мы не делили друг друга с прошлым, а, наоборот, утопали в настоящем, сливаясь в единое целое. Элла стала смелее; она словно отбросила какие-то ограничения, которые прежде сдерживали её, и теперь была ещё более необыкновенно пламенной, страстной, яркой.