Конечно, забыла, подумала она. Я же могу прийти к своему мужчине только когда что-то забыла. А забыла я вот что – чувства. Те чувства, которые ты когда-то испытывал ко мне. И даже не вздумай говорить, что на это повлиял апокалипсис, нет, это враньё. Ты приехал забирать меня из дома как настоящий герой, потому что тобой двигала любовь. А сейчас что? Нарисовался какой-то парень, и теперь ты всё внимание уделяешь ему! Как это называется?!

Но вместо всего этого Вика ответила:

– Нет. – И немного подумав, добавила: – Ничего не забыла.

Егор с сомнением посмотрел на неё, и у Вики в голове мелькнула неприятная ассоциация: точно такой же взгляд появлялся у людей, смотревших на бродячую рядом собаку и гадавших: «Укусит или нет?» Зрение обострилось ещё сильнее, и теперь Вика видела красные нити паутины в глазах Егора, что облепляли голубые обручи.

Сейчас начнётся. Держи себя в руках.

– Я хотела поговорить с тобой, вот и пришла. Просто мне нужно…

– Опять насчёт Жени? Я тебе уже сказал, что это всё твои байки. Ты сама всё придумала, вот и закатываешь истерики.

Вика глубоко (шумно) вдохнула. Выдохнула. Вдохнула (шумно). Выдохнула. Фитилёк полыхнул.

– Я прошу тебя, Егор, выслушай меня хотя бы один раз. Один чёртов раз и… – Спокойнее, дорогая, всё хорошо – …и не перебивай меня, пожалуйста.

Он долго смотрел на неё. Очень долго. Секунды под его взглядом растягивались в минуты, и хоть это было невероятно сложно, Вика не позволила глазам опуститься вниз. Егор отвернулся и медленно подошёл к противоположной кровати (Вика специально раздвинула кровати, чтобы секс не стал одним из завершений разговора – его следует довести до конца). Он сел на тёмно-зелёное покрывало, упёрся локтями в колени и, подавшись вперёд, подпёр руками подбородок.

– Я слушаю. Я весь во внимании. Можешь представить, что я одно огромное ухо.

Очень смешно, Егор, шутить над девушкой, которая несколько ночей вслушивается в плач своего мужчины и пытается разобрать его слова, подумала она. Ещё посмейся над тем, что я боюсь тебя. Боюсь твоего взгляда, твоих грязных слов. И тем не менее я сижу здесь и пытаюсь с тобой поговорить.

Она собралась с мыслями и заговорила. Спокойно, чётко выделяя каждое слово:

– Я очень скучаю по тем временам, когда ты просто так, без всякой причины подходил ко мне, обнимал и говорил, что на свете нет никого вреднее меня. – Небольшие волны жара начали подкатывать к щекам. – Сейчас этого нет. В наших с тобой отношениях появился чужой человек. И всё это началось после той встречи, о которой ты почему-то не хочешь рассказывать. – Его голубые глаза на миг сверкнули. На один краткий миг, но его хватило, чтобы заметить в зрачках промелькнувший страх. – Мне страшно, Егор. Я не понимаю, что здесь происходит. Единственный человек, на которого я могу положить на этом чёртовом Чистилище, это ты. И поэтому я прошу… давай будем честны друг с другом. Расскажи мне о Жене и о той встрече. Именно после неё ты так сильно изменился.