– Не бойся, крошка. Все будет отлично. А я – собирать жатву, пока не взойдет солнце. В жертву тебя принесем в другой раз. Пока нéкогда.

Я сидела в своей темнице и сквозь решетку с сожалением взирала на то, что совсем недавно было моим. По другую сторону комнаты на полу валялись арбалет и кинжал. Зато рюкзак со мной. Странно, что Корана не реквизировала и его. Что-нибудь да придумаю. Надо выбираться отсюда, детка, если не хочешь оказаться на жаркое демонице.

Осматриваю камеру. За спиной оказалось маленькое окошко. Не пролезть. Хотя, если постараться... Смотрю в проем. Чернота.

А ведь у меня еще остался моток веревки. А если и ее не хватит, есть еще покрывало, на котором я спала в шалаше и которое стелила на плоту. Какая же ты умная, Корана! Не отобрала у меня сумку!

Завязываю крепкий узел, продев в кольцо у окна. Видимо петля, на которой раньше держалась ставня. С трудом пролезаю в окошко и спускаюсь, как по канату, вниз. Вокруг бесконечная чернота. Только кое-где точками полыхает огонь в окошках.

Что же я делаю? И куда дальше спущусь. Может, внизу какой балкон или уступ.  И действительно, чувствую под ногами твердую поверхность.

Осторожно, держась за веревку, как за страховочный трос, исследую выступ, на котором я очутилась. Он оказался крайне небольшого размера. Передо мной глухая стена, и с трех сторон пропасть. Был бы фонарь, можно было посветить вниз. Но вверху остался рюкзак, с кремнием, кресалом и трутом. Догадайся я взять с собой, можно было бы зажечь факел и при свете осмотреть, есть ли какой выход отсюда.

Настойчивое чувство терзает меня, уверяя – пути дальше нет.

Ну что ж, даже если и так, я, по крайней мере, могу спрятаться здесь от демоницы, когда она придет, и вернуться, когда та оставит дверь открытой. О, а это мысль.

Возвращаюсь наверх. Ох, и тяжело же подниматься по канату, по отвесной стене. Думала, не справлюсь. Пытаюсь отдышатся. Выпила воды.

Достаю огниво. Кусок кремня, блестящий многогранник пирита, волокна трута. Собираюсь поджечь факел.

– А это оружие, – приходит мне в голову.

– Кто тут у нас? – прервал меня голос, и я спешно спрятала камни в сумку.

Снаружи к решетке подошли две секьюбы, как те, с которыми уже сталкивалась.

– Ух ты, какая крошка!

– Давай развлечемся?

– Нельзя выпускать.

– Корана вернется и обратит ее.

– А может, и сама обратится

– Может, и сама. Если не выдержит.