Она держалась как могла, старалась быть сильной и рассудительной, чтобы он мог гордиться ею, старалась показать ему, что была достойна носить имя их рода. Вот только сегодня к и без того поглощающему ее душу отчаянию добавился еще и ужас от предстоящей судьбы. Не то чтобы Тиа собиралась просто мириться с этим, но осознание, что через полтора месяца за ней придет дракон, лишало последних сил. Их у нее и так осталось немного.

— Я не понимаю, папа. Зачем я нужна дракону?

Он не ответил. Его снова скрутил кашель.

Лекарь незамедлительно подставил ему под нос чашу с целебным паром, на этот раз игнорируя любые возражения с его стороны.

— Наше королевство богато, — отозвался Тобиас и пожал плечами, когда Тиа развернулась к нему. — На него многие давно положили глаз. Не удивительно, что и дракону захотелось заполучить себе кусок.

— Он ящер! — не удержалась и громко воскликнула Тиа, нервно теребя пояс в пальцах. Несколько жемчужин оторвались и покатились по полу. — Зачем ему я?

Тобиас мрачно промолчал, следя за катящимися перламутровыми шариками. Это выглядело так, словно он пытался избежать ее взгляда.

Отец снова откашлялся и положил холодные пальцы на ее ладонь. Тиа вздрогнула от неожиданности и повернулась к нему, нервно прикусив нижнюю губу.

— Чтобы управлять людьми, платящими ему дань. Ты — принцесса, солнышко. Когда меня не станет, ты станешь королевой, — его взгляд был слишком тяжел, и от этого еще сильнее сдавливало грудь. Тиа едва могла сдержать слезы. — До меня доходили слухи, что несколько государств к югу и востоку от нас уже попали под гнет этих существ. Степи тоже принадлежат им. Я никак не мог ожидать, что такая участь постигнет и мое королевство. Тем более я не желал подобной судьбы для тебя. Ты должна уехать. Я не шучу, солнышко.

— Ты предлагаешь мне бросить людей, которые молятся всем богам, чтобы ты поправился? Людей, которые прибывают в столицу, чтобы добровольно пополнить ряды нашей армии и оказать сопротивление идущим к нам захватчикам? Людей, которых мы поклялись оберегать и защищать ценой наших жизней?

— Солнышко, — отец слабо улыбнулся, — настанет день, и ты станешь прекрасной королевой. Жаль, что Айрик не вернулся с последней войны. Как бы мне хотелось, чтобы это бремя не ложилось на твои хрупкие плечи. Не такой судьбы я для тебя желал. Эта проклятая болезнь…

Он подавился и снова закашлялся, но на этот раз на его губах появилась кровь. Сухая холодная ладонь безвольно упала на простыни. Лицо совсем побелело, отчего круги под глазами стали еще темнее.

Тиа с трудом сдержала рвущиеся наружу рыдания, до боли закусив губу. Мягко погладив отца по ладони, она поднялась с его постели. Лекарь очень вежливо попросил ее оставить короля и дать ему время на отдых.