– И опять запрешь меня?

– Да.

– И что, так и будешь держать всю жизнь рядом, лишь бы другому не досталась?

– Да.

– Что, не хватает мужества признать, что кто-то оказался лучше, чем ты?

– Не хватает… – честно признался Алекс.

В этот момент я готова была его убить. Просто треснуть чем-то по голове, а потом кастетом по почкам, по почкам раз десять, чтобы на всю жизнь запомнил!

– Ненавижу тебя! – с ужасом понимая, что начинается истерика, возопила я. – Ненавижу, ненавижу, ненавижу! Тормоз несчастный, придурок с манией величия, идиот! Да откуда ты взялся на мою голову со своими пирогами?! – Алекс оторопело взирал на меня, явно шокированный моим поведением. – Да пошел ты куда подальше, рабовладелец танаргский!

Я ожидала, что он меня сейчас ударит, такое у него лицо было, но вместо этого Алекс весь как-то сгорбился, поник и с болью в голосе спросил:

– За что ты его полюбила?.. Он же урод…

И вот кто меня теперь за язык потянул, а?

– Урод – это ты, Алекс! – я почти кричала. – Только ты моральный урод, а это еще хуже!

Я сказала и сама испугалась своих слов, а мужчина моей мечты совершенно убитым голосом ответил:

– Я… знаю… Знаю… Прости…

– Вот не надо мне этого «прости»! Я уже боюсь этого слова!

Но он снова прошептал:

– Прости…

С этими словами он очень аккуратно взял меня на руки, вынес из хаена, поднял вверх, внес в каюту, положил на кровать и, не взглянув на меня, ушел.

– И как это понимать? – спросила я у запертой двери.

Попсиховала, конечно, пошвырялась всем, чем нашла, потом села на кровать, включила Тiхеr, набрала номер Пита. Через пару секунд на меня взглянул мой пухлый друг. Под глазом у него красовался внушительный красный отпечаток кулака – будет синяк.