«Я делаю, что должен, — сказал бы он на гипотетическом судебном процессе. — Алхимикам веками запрещали испытывать препараты на детях — и что в итоге? Миллионы семей по всей Цивилизации страдают и нервничают, если их младенцы кашлянут лишний раз, потому что действенных лекарств для них нет, и даже прямым воздействием чар так же легко навредить, как и вылечить! Я же ценой незначительного вреда, нанесенного немногим — детям, от которых, замечу, даже их родные отказались — спасу от трагедии множество семей. История рассудит нас».

Поэтому поначалу он и слышать не хотел о предложении Хоата: детей умертвить, тела сжечь — и проблема решена.

— Нет, нет и нет! — воскликнул он. — Это оборвет важнейшие исследовательские программы на середине! Да и, в конце концов, это негуманно!

— А то, чем вы занимаетесь, просто вершина гуманности, — едко произнес Хоат. — Вы ведь сами сокращали программу последнее время.

— Так ведь именно поэтому! Я же собирался исследовать тут семя Дракона, а это могло привести к разного рода... Эксцессам. Пришлось бы эвакуировать детей. Вот я и оставил только самые лучшие образцы, их там всего тринадцать человек — можно в одну повозку запихать!

— Все хорошо, только у меня нет свободной повозки, — ядовито произнес Хоат, — все сосчитано. Если только вы не хотите бросить свое же оборудование.

— Ну слушайте, что за... Неумная ложь?! Как это нет лишней повозки? В комплексе-то?

— Напоминаю вам, что подземный гараж номер три оказался под обвалом, который устроила другая ваша «подопечная». О чем вы бы знали, если бы дали себе труд ознакомиться с докладом.

Кончилось тем, что Ранаарт решил лишний раз осмотреть свое хозяйство и там, на месте, принять решение. Для этого он направился в ту отдаленную часть Комплекса, где оно располагалась. С ним поехала и Лаамина Дождевая Акация, плюс уцелевшие ошметки ее личной команды — она намеревалась воспользоваться выходом на поверхность в том конце комплекса, поскольку он был ближе к нужной ей железнодорожной станции (Комплекс раскинулся под землей настолько широко что его обитателям перед выходом на поверхность приходилось раздумывать и об этом тоже).

— К счастью, — хмуро произнесла Лаамина, — мне эвакуировать нечего. Мое главное богатство — мозги, а не как у некоторых.

Ранаарт проглотил едкое замечание, что Лаамина в ООЧР занималась всего лишь агитпропом, а он — на минуточку, фундаментальными исследованиями. «Я буду выше этого, — сказал он себе. — В конце концов, она представляет весомое меньшинство в одном из великих кланов. Если побег Сат не кончится полной катастрофой, Лаамина еще пригодится. Пусть себе втыкает шпильки. Посмотрим, кто станет смеяться последним...»