Даари подавила первый импульс выматериться и вместо этого сказала:

— Да что уж там. Дело житейское, порой случается. Я на вас зла не держу, вы явно хотели как лучше.

На том конце возникла пауза. Потом тот же голос сказал:

— Ваше чувство юмора и самообладание делают вам честь. Будете вести себя так же спокойно и выдержанно — ваши шансы вернуться во Флюоритовый дворец весьма повысятся.

— Ага, — сказала Даари, — класс. У меня встречное предложение: давайте повысим эти шансы до ста процентов вот прямо сейчас, и я похлопочу перед Владыкой за то, чтобы вас не грохнули.

Тут Даари не сомневалась: несмотря на то, что смертная казнь в Цивилизации давно не применялась, Дракон этого затейника истребит сам, не прибегая к судам и трибуналам. Возможно, не походя, со скукой, как этого у него принято, а вдумчиво и с полной самоотдачей. Целые сутки из своего плотного графика на это отведет.

Раздался неестественный смешок.

— Как раз от Владыки-то ваши шансы и зависят, сиятельная госпожа Даари! Молитесь тем богам и духам, в которых вы верите, чтобы он согласился на наши скромные требования. А пока запомните несколько простых правил. Не пытайтесь навредить себе: эти попытки будут немедленно пресечены. Не чините препятствий медицинскому персоналу, который будет о вас заботится — мы сделаем все, чтобы и вы, и плод оставались в добром здравии. Не пытайтесь использовать свои ограниченные магические возможности, чтобы выйти за пределы охраняемого периметра: это невозможно, вы только подвергнете себя ненужному риску. Знаю, вы любите читать. В памяти этого магфона обширная библиотека, если нужно что-то еще, попросите любого сотрудника. То же самое касается и прочих разумных просьб. Какие-то вопросы?

— Отчего вымерли драконы, вы как думаете? — буркнула Даари.

Короткое молчание.

Трубку повесили.

Глава 2. Новая нормальность

Глава 2. Новая нормальность

В начале лета Даари ехала из Галаты в Сереген на пылящей армейской грузовой повозке, встряхиваясь на каждой кочке. В начале осени она проделала обратный путь в личной повозке принца-генерала Лаора — черной, блестящей, со встроенным баром и магстанцией («Не роскошь, — объяснил ей сопровождавший Даари полковник Элат, — а порой единственная возможность хоть что-то успеть!»). Даже степь сильно изменилась: из густо-зеленого моря, из которого, словно острова, поднимались кудрявые колки, она превратилась желтую сухую соломенную равнину, откуда поредевшими, а то и уже откровенно голыми палками торчали редкие деревья.

А вот настроение Даари одновременно и мало изменилось с тех пор, и пережило серьезнейшую перемену.