Молитве о даровании терпения научил юную принцессу её учитель магии, господин Кай. Он был, как понимала теперь уже умудрённая опытом королева, классическим представителем Старшего народа — седой лис, настолько лис, что в минуты воодушевления или гнева его уши заострялись и покрывались жесткой рыжей шерстью, а из-под дублета показывался кончик хвоста. Бесс была очень юна и любопытна, и спрашивала обо всём, более того — господин Кай поощрял любопытство принцессы, и дозволял любые вопросы — об устройстве мира, о природе королевской власти, и о магии, конечно же, тоже. Бесс спросила о том хвосте — не померещилось ли ей? Господин Кай посмеялся и ответил — нет, не померещилось. И даже на мгновение преобразился в свою звериную ипостась — убедившись пред тем, что дверь заперта магически, и никто посторонний к ним в классную комнату не войдёт. Бесс пришла в восторг и, конечно же, спросила — как ей научиться такому замечательному преображению? И увы, услышала в ответ — что ей того не дано.

Это оказалось незыблемым постулатом — дано или не дано. Как родиться у крестьян или у дворян, на островах или на материке, дочерью или сыном. Бесс родилась от короля, на островах, дочерью, и — магом. Магом, в крови которого блуждал некий отсвет крови Старшего народа — позволявший ей слышать, видеть и чувствовать больше, чем если бы она родилась просто человеком, как её царственный могущественный отец. Который, несмотря на всё его могущество, оставался просто человеком. Простецом — как бы сказал наглый юный франкийский некромант. Не принимающим того факта, что от магов — и польза, и выгода, и потому с ними нужно дружить, их нужно приближать к себе и всячески поощрять.

Его величество и Бесс-то обучать магии согласился далеко не сразу — только после того, как пробивавшаяся тонким ручейком сила прорвалась стихийным потоком. Видевшие то ближние люди крестились и зажмуривали глаза, стоило им только вспомнить тот день, и деталей Бесс не рассказали — а сама она лежала в беспамятстве. Уже много после она узнала, что король, получив известие, пришёл в великий гнев, но — спустя некоторое время распорядился призвать магов, привести принцессу в сознание и обучать. Раз уж иначе никак.

Так и появился в её жизни господин Кай. На вид он был стар — но прислуга шепталась, что такие не умирают, поэтому не важно, как он выглядит. А Бесс просто приняла его — со всеми его странностями вроде ушей и хвоста, потому что он знал ответ на любой вопрос, рассказывал ей о ней самой и ещё — сказки. У него на любой случай была история — о давних временах, о волшебных существах, о далёких странах. Впрочем, сам он не бывал нигде за пределами островов — потому что не любил моря. И утверждал, что нет в нём ничего хорошего — и для него, и для его сородичей. Там живут свои создания, и тем, кто на суше, они не друзья, и не родичи. Договориться с ними можно, а победить или заставить себе служить — нет.