Мрак оживает, хотя это и не видно. Я чувствую, как тот, кто в нём стоит, ожил, направляясь ко мне. В воздухе мелькают странные искры, но они не способны озарить пространство. А у меня нет сил вызвать собственный свет. Так что я стою и жду, ощущая чужое присутствие, волнами накатывающее на сознание.

Тот, кто притаился во мраке, опасен, но он не несёт эту опасность мне. Я вслушиваюсь во мрак, пытаясь услышать хотя бы отголоски дыхания, чужого сердцебиения, и улавливаю. Но оно тихое – на семьдесят пять ударов моего сердца только один. Словно существо, что стоит во мраке, спит. Однако его разум жив, и он всегда с охотой принимает меня, лишь бы не быть в одиночестве.

Мы молчим, внимая сущности друг друга. Но если существо во мраке читает меня, то я могу лишь догадываться, кто оно такое. Мой… сородич? Тот, кто уцелел после бомбёжки на Земле? Или существо подобно Кайону? Не могу сказать точно, но ощущения практически такие же. Правда, в тот раз была сила и враждебность, которую можно сравнить с приближающейся бурей, а от этого - словно мягкие волны, успокаивающе накатывающие на берег.

– Кто ты? – первой не выдерживаю я.

Я не вижу, скорее, чувствую, как это нечто во мраке печально улыбается.