– Ты бы знала, как я хочу тебя, пташка… как я долго терпел, чтобы вновь прикоснуться к тебе…

Я ответила тихим стоном, откинув голову назад, когда Ориас сжал зубами кожу. Его колено скользнуло между моих ног, давая хоть какую–то опору. Горячие губы опустились ниже, заставив тяжело задышать и закрыть глаза. Звёзды, как же это было приятно. Воздух уже был душным, пропахшим нашими телами.

Губы враса сжались на затвердевшем соске, когда свободная рука стянула штаны, оставив меня в одних трусах. Однако и это длилось недолго, и вот я уже была голая перед ним, с покрывающим тело светящимся узором, чьи линии соединялись в одном месте.

Горячие пальцы едва ощутимо коснулись голых губ, что между ног, и я застонала, ахнув, стоило им проникнуть чуть внутрь, сжавшись на чувствительном бугорке. Стон наполнил комнату, и мои губы вновь накрыли губы Ориаса, когда его горячие пальцы выводили какие–то невероятные узоры, заставляя тереться о них и поцелуями молить перейти к самому главному.

Ориас убрал руку, на несколько секунд отвлёкшись от меня, чтобы облизать влажные от моего сока пальцы.

– Всё так же на вкус как цветочное вино, – улыбнулся он, проведя влажными пальцами линию от впадины между ключицами до лона, заставив мурашки пробежать по коже. – Мне продолжить?

– Да…

– Повтори громче, – прошептал мне мужчина на ухо, тяжело дыша и опаляя своим дыханием.

Я высвободила одну руку, взяв Ориаса за запястье и, смотря ему в глаза, облизала его пальцы, чувствуя на них свой вкус, а так же ударивший в голову аромат мёда и коры. С усмешкой глядя на враса, я прижала его ладонь к животу и повела вниз, к сосредоточению жара.

– Коварная бестия, – с придыханием прошептал он, не сдержав улыбку. – Ты даже не оставляешь мне выбора…

Горячие пальцы вновь скользнули между лепестков половых губ, на этот раз не задержавшись на пульсирующем бугорке, а поочерёдно и томительно медленно войдя внутрь. Я застонала, освободившейся рукой обхватив шею Ориаса и прижав к себе, сокращая расстояние между нами. Он зарычал мне в губы, жадно целуя и двигая пальцами, заставляя стонать и водить бёдрами, отправляя себя всё выше и выше. Я уже была на пике, когда врас убрал пальцы, улыбнувшись мне в шею и прошептав:

– Не так быстро.

От пустоты, так внезапно пришедшей на смену горячим пальцам, я шумно выдохнула. Меня била дрожь, и голод недовольно заурчал, так и говоря, что недоволен прерванным актом. А как я–то была недовольна!

Ориас отпустил мою руку, и я облизнулась, ощущая в груди трепет. Узоры на теле вспыхнули ярче, и врас недовольно отпрянул. Толкнув его в грудь, я заставила мужчину опуститься на кровать, оседлав его колени и с наслаждением ощутив его желание, выпирающее через ткань штанов. Подавшись навстречу, обвив руками шею, я с особым злорадством потёрлась о его достоинство, заслышав хриплый стон. Шершавые ладони сжались на ягодицах, задавая медленный, дразнящий темп.