– Пульс приходит в норму, – объявил Уан.

– Когда она сможет проснуться?

– Через пару дней. Мы с Тханой сообщим, если Узурпатор подаст первые признаки жизни. Надеюсь, вы не будете всё это время всей толпой здесь стоять? На вашем месте я бы подготовился к её пробуждению, как минимум поставив у дверей Завоевателей. А ещё лучше подумал бы про еду – за столько тысячелетий неплохо так оголодать можно. Скрестите пальцы, чтобы сайканцы не были каннибалами и не решили отведать наше мясо.

Я вспомнила клыки Кайона, и меня даже передёрнуло. Если не для мяса, так для чего предназначались такие клыки? Чувствую, меня ждёт мало приятного в истории моей расы.

Мы не спеша вышли из лазарета. Ориас, не говоря ни слова, ушёл, и я тут же ощутила два противоречивых чувства: облегчение и сожаление. По крайне мере, нам обоим не помешает отдых друг от друга, а то, что произошло между нами до получения сигнала, уже начинало забываться. Словно приятный и горький сон.

– Мне нужно вернуться в Баронии, – услышала я голос Айшела за спиной. – Я и так тут довольно долго…

– Понимаю, – кивнул Дамес. – Благодарю за помощь. Когда Ассандра очнётся, я дам тебе знать.

– Не сомневаюсь, – улыбнулся Барон, блеснув своими золотыми, со зрачками в форме звезды, глазами. Повернувшись к пирату, он кивком попрощался с ним, в сопровождении одного Завоевателя скрывшись за углом.

Между нами тремя возникла минутная тишина, которую разрушил Цербер, скрестив на груди руки и недовольно произнеся:

– Ты меня разочаровываешь, Шпилька. Я ставил на то, что наш свергнутый королёк вернётся хотя бы помятым.

– И против кого ты ставил? – усмехнулась я, и получив в ответ кивок, удивлённо взглянула на Дамеса.

– Я не ожидал, что он вообще вернётся целым, – вынужден был признаться он, тут же прокашлявшись и сделав строгий вид. – Однако его что–то явно озаботило…

– Я тоже заметил, – поддакнул пират, выразительно взглянув на меня. – Боюсь представить, что ты ему сделала на корабле.

– Оставь свои фантазии при себе, – посоветовала я, скрестив на груди руки. – Просто я ему сказала, что он как был эгоистичным самовлюблённым типом, так им и остался.

– Обручальное кольцо зажал? – с хитрой улыбкой поинтересовался Цербер.

Кинув в его сторону испепеляющий взгляд, который, как обычно, не воззвал к совести пирата, я показала ему эпси. Тот лишь усмехнулся, дав мне лёгкий подзатыльник, от которого, однако, я даже пришла в себя.

– Не лезь куда не просят.

– Если ты не заметила – это моя работа: лезть туда, куда не надо.

– А ещё говорить то, что не просят, – буркнула я, повернувшись к Дамесу. – Если не против, я пойду и приведу себя в порядок.