– Так… мы будем её будить? – тихо поинтересовалась я по большей части у Дамеса.

– Вопрос – во что нам это обойдётся? – хмуро произнёс Ориас. – Если она окажется такой же ненормальной, как Кайон, то всех нас перебьёт.

– И что ты предлагаешь? Запереть её в Серфексе, пока она не очнётся, а попутно не сойдёт с ума? – изогнула бровь я. – А получше идей не найдётся? Заморозить её там или снова на непонятно сколько в кому ввести?

Ориас собирался только открыть рот, как Айшел его перебил:

– Нет, этого мы допустить не можем. Ассандра – единственный свидетель и участник войны в наших руках. Нам неизвестны её мотивы и чем она руководствовалась, и, возможно, история перед её глазами разворачивалась совсем не так, как мы все привыкли думать. Она знает то, что старательно оберегает Сенат – недаром же он засекретил расу сайканцев?

– Вот только хотим мы ли это знать? – негромко ответил Ориас. – Эти знания могут оказаться совсем не тем, что мы ожидаем услышать.

– И ты предлагаешь оставить всё как есть? – не сдержавшись и фыркнув, поинтересовался Цербер. – Если ты не понял: вы отыскали не просто армаду Узурпатора, но и его самого, и доставили сюда. А это не удавалось никому. И сейчас, когда ответы практически у нас на руках, ты хочешь, чтобы мы всё свернули? На это были потрачены миллионы, и по твоей прихоти мы поступать уже не должны.

– Но…

– Ориас, – оборвал его Дамес, качнув головой. – Это и вправду не тебе решать.

Ориас на пару секунд сжал пальцы, шумно выдохнул и, отступив назад, скрестил на груди руки. На его запястье сверкнул серебристый браслет наручника, лишний раз напоминая его статус на Файе. Бывший пленник, лишённый титула принц, тот, кто пытается не попасть в место похуже Серфекса.

– Эти стены способны выдержать кого–то, по силе сравнимого с Мэлиссой? – обратился Дамес к Уану.

– Чисто теоретически – да, – поколебавшись, ответил тот. – На практике мы это не проверяли. И не очень хочется проверять.

Дамес нахмурился, но ничего не ответил, сосредоточенно смотря на Ассандру. Мы все выжидали ответа, взвешивая все «за» и «против», придумав сотни аргументов, почему Ассандра должна проснуться, однако все они пропали, когда Дамес вынес вердикт:

– Пусть Тхана её пробудит, но при малейшей угрозе готова будет ввести в сон. Рисковать мы не будем.

Уан передал сообщение кровобитке. Её руки тут же скользнули на грудь Ассандры, прижавшись к тонкой ткани майки над сердцем. Лоб Тханы заблестел от пота, а сама она плотно сжала зубы, умудряясь при этом что–то шептать одними губами. Спустя долгую минуту кровобитка с облегчением отпрянула и кивнула.