-- Говорит, почуяла. Ты же знаешь, она всех любит, но Люси – точно ее слабость.

Когда графиня Мирна дель Керц, мать Верта, перед отбытием аккуратно намекнула мне, что Верт, хоть и не наследник рода, по достижении совершеннолетия получит титул вежливости и довольно приличный земельный надел, к которому прилагаются еще и два торговых судна, я с трудом нацепила на лицо дружелюбную улыбку.

Никаких договорных браков! За то время, пока жених с невестой дозреют до свадьбы, они могут еще сто раз поменять предмет воздыхания. А разрыв таких отношений чреват большими неприятностями.

Кстати, не мешает выяснить, откуда у дочери это «украшение». Неужели Верт ее ударил?! Да ну, это полная глупость!

-- Нет, мама… -- нехотя проговорила Люси. – Он вообще слабак и драться не умеет. Только отходит от меня все время, чтобы я не стукнула! Я просто споткнулась…

-- И что? Ты упала глазом на его кулак? Люси! Не хитри, а рассказывай, все как есть. Я прекрасно знаю, как Верт умеет драться -- твой папа сам обучал его.

Вытянуть правду было сложно. Эта забияка действительно споткнулась, а когда Верт кинулся ей на помощь, ухитрилась оттолкнуть его так, что он и сам уселся на солому. Ну а следом снова повалилась она, приложившись глазом об его колено. Чем и деморализовала его окончательно: он даже поклялся ей именем Маруна Одноглазого, что не расскажет Оскару о причине конфликта.

-- Люси! Если я еще раз узнаю, что ты пыталась прокатиться на папином Буцефале, я тебя лично выпорю, так и знай! А если бы Верта не оказалось рядом?! Иди к себе в комнату – ты наказана.

-- Ну ма-а-ам…

-- Люси!

Она недовольно насупилась и отправилась к себе. Нужно предупредить Оллу, чтобы не вздумала таскать ей сладости. Никто не будет морить ее голодом, но никаких приятностей ей не обломится!

Разговор с Оскаром прошел относительно спокойно.

-- Да я и сам вижу, Мари. Не рано ли она начала?..

-- Дорогой, она превращается в девушку, так что…

-- Эх, летит времечко, – Оскар как-то мягко улыбнулся и хитро посмотрел на меня. – А ты не думаешь, дорогая, что…

-- Фигу! – может быть, я и ответила слишком резко, но на что намекает этот умник, догадалась сразу.

Муж засмеялся:

-- Еще несколько лет, Мари, и они все разлетятся из дома. Не будет ли нам тоскливо, дорогая? Без детского смеха и проказ дом опустеет.

-- Так, это что еще за страдания? Оскар, мы через несколько лет уже внуков будем нянчить! Ну, куда нам еще малыша? Да мне уже за тридцать два года!

-- Мне кажется, прекрасный возраст для… -- его рука мягко скользнула мне на спину.