— А есть ли смысл? — уточняет Кали. — Все мы знаем, какая из стай отличается особой любовью к изготовлению подобного оружия и владеет преимуществом близких отношений с ковеном «Восьмёрка», которые за хорошую плату с удовольствием изготовят зажигательную смесь любой сложности.

— Стая Амадеуса, — говорит Полина.

— Теперь уже никому не принадлежащая стая, — напоминает Лена.

— Они идут сюда, — произношу я. — Именно поэтому слабых и беженцев они убивают. Чтобы не мешались. Не путались под ногами и не пытались перебежать на нашу сторону.

— Откуда ты это знаешь? — раздражённо уточняет Кали.

Он скрещивает руки на груди. Не доверяет мне. Но мне сейчас плевать, примет ли он мои слова за чистую монету. Из присутствующих мне будет достаточно убедить в своей правоте Бена и Лену. За ними, я знаю, потянутся многие.

— Они винят стражей в том, что произошло между ними, — отвечаю я. — Последней каплей, я полагаю, стало убийство Дэвона.

— Ты полагаешь, — вторит Кали, выделяя голосом мои же собственные слова. — Теории всегда остаются теориями, Романова, если только у тебя нет доказательств.

— Её слова имеют смысл, — на мою защиту вступает Лена. — Когда мы с Ваней проводили осмотр тела Дэвона, он рассказывал мне нечто подобное… Об авторитете покойного среди своих сородичей, о том, что тот был преступником только для нас — своей стае Дэвон приносил одну только выгоду, пусть и ставил под сомнение их честность. Амадеус никогда не одобрял его методов заработка, но, при всём к нему уважении, никогда не брезговал воспользоваться тем, что Дэвон находил на межмировом чёрном рынке.

— Из-за нас погибла одна из главных единиц стаи, — говорю я, когда Лена замолкает, чтобы перевести дыхание. — Да, отставная, но, могу поспорить, его знания были даже ценнее его практической работы. И пусть не мы его убили, но ещё мы не сделали ничего, чтобы остановить его убийцу.

— Общая трагедия переключила внимание двух враждующих сторон на третью, — кивает Лена. — Им больше не придётся искать противника друг в друге, но при этом будет на ком выпустить пар.

— Прекрасно! — вздыхает Кали. При этом одаривая меня таким взглядом, словно это я во всём виновата. — Просто… прекрасно.

— Я останусь здесь, нужно всё хорошенько проверить, — Лена прикрывает краем мешка окровавленный обрубок на месте шеи. — Позову Ваню, он хорош в генетических экспертизах.

— Фу, — Бен морщит нос.

До того, как он делает это, я и не думаю воспринимать слова Лены как-то иначе, чем то, как они звучат, но после едва сдерживаю смешок.

— Ваша помощь, которую вы и не оказали толком, больше не понадобится, — говорит Кали, обращаясь к нам.