Именно так он поступил в Огненных землях во время нападения Власа.

— Во-первых, надеюсь, не подвернётся, — Лия ловко разливает кофе из одной большой кружки, в которую он сварился, в две небольшие. — А во-вторых, зачем мне парни, если и ты неплохо со всем справляешься?

Я не могу сдержать смешка. В ответ Лия, прежде чем легко толкнуть по столу кружку в мою сторону, ведёт бровью, мол: «может я шучу, а может и нет».

— Надеюсь, во всех остальных моментах из них вышла неплохая охрана?

— Андрей атаковал мой холодильник, — отвечает Лия. Прикладывается к своей кружке, делает глоток. — При этом руководствуясь девизом: «Не съем, так понадкусываю». Потом засел за телевизор, и мне пришлось минут тридцать объяснять ему, как работает голосовое управление. Марк просто ходил хвостиком, задавая дурацкие вопросы.

— Значит, сорока восьми часов оказалось предостаточно?

— Слав, они не дали мне ни минуты отдыха! — восклицает Лия. — В какой-то момент я даже пожалела, что жива осталась.

Это просто шутка, но сказанные слова пробегают по моей коже могильным холодом, заставляя поёжиться. Ещё мгновения спустя и сама Лия понимает, что только что сказала. Она меняется в лице. Ведёт плечами, обхватывает стоящую на столе кружку тонкими пальцами. Коротко вздыхает.

— Я чего пришла, собственно. — Я соскальзываю со стула, быстро мечусь в коридор. Секунда — и вот я возвращаюсь, сопровождаемая вопросительным взглядом Лии. — Я принесла твой телефон. — Я кладу его на край стола и толкаю так же, как до этого Лия толкнула мне кружку с кофе. — Ты отдала мне его после падения.

— Я помню.

Лия хватает телефон и разглядывает его некоторое время. Затем, даже не снимая блокировку и не проверяя, звонил ли кто за прошедшие два дня, откладывает его в сторону, переворачивая экраном вниз.

— Я хотела передать его через Марка или Андрея, — произношу я и понимаю, что оправдываюсь. Но резко замолчать сейчас будет ещё страннее, поэтому приходится договорить: — Но у меня возникли некие проблемы, и…

— Кажется, о них я слышала, — задумчиво протягивает Лия. — Случайно стала свидетельницей разговора, в котором парни упоминали некую твою ситуацию.

— Серьёзно? — я немного удивлена. — И о чём они говорили?

— Да спорили в основном. Марк придерживался точки зрения, что твоя жертва хоть и не была напрасной, но это, в первую очередь, всё-таки жертва. И ещё он был уверен, что тебе стоило обсудить это с кем-то из старших.

— А Андрей?

— Он был менее красноречив и предпочёл поскорее закрыть тему, бросив что-то вроде: «Когда же вы наконец смиритесь с тем, что творить глупости — это Романовский странный, но всё же действенный способ находить решения в ситуациях, когда другие готовы сдаться?».