— Ты вообще хотела бы, чтобы он пошёл с нами?

— Конечно! — от такого вопроса у меня даже брови поднимаются в удивлении.

— И чтобы вы всё равно были вместе — тоже?

Это сложнее. Я пожимаю плечами, не находя, что ответить.

— Я тут подумал, — продолжает Ваня. — Как считаешь, Боунс захочет взять меня к себе на попечительство, если я очень попрошу?

Я опешиваю от резкой смены темы. Останавливаюсь. Гляжу на Ваню. И вдруг осознаю: то, что для меня является неожиданностью, для него — следствие долгой подготовки.

Ваня «Я со всем справлюсь сам» Филонов наконец научился просить о помощи.

— Изначально, Боунс уверил меня, что со всем тебе придётся справляться самому, — говорю я, вспоминая разговор днём, когда я чуть не потеряла одного из своих самых близких друзей. — Но если ты очень попросишь, думаю, он согласится. Боунс хороший.

— Ага, — соглашается Ваня. — Да и Тай сдружился с ребятами в штабе. А ты с Лизой. Боунс наверняка понял, что мы — не враги, и всегда готовы помочь. Может и сам захочет отплатить тем же. Добром за добро, или типа того.

Выходим на главную дорогу. Молчим, и я отмечаю, что вокруг так неестественно тихо. На автомате ближе прижимаю Вету к себе.

— Вань, мы совсем забыли о том, что именно оставили в Дуброве, когда уходили, — произношу я.

— О чём ты?

Вместо моего ответа раздаётся взрыв лампочки в фонаре неподалёку. Вета вздрагивает и дёргается, словно пытается убежать. На месте её удерживает лишь моя крепкая хватка.

— Об этом.

В конце дороги появляются фигуры в чёрных балахонах.

Глава 8

Глава 8

Гнори хватает меня за горло. Сильно сдавливает. Что-то хрустит, и я могу лишь надеяться, что не мои шейные позвонки. Ноги больше не касаются земли. Я пытаюсь закричать, но выходит то ли хрип, то ли лай.

Перед глазами всё плывёт, идёт белыми пятнами. Я машу руками в надежде, что удастся оказать гнори хоть какое-то сопротивление, но несмотря на хилый внешний вид, эти существа обладают невероятной силой. Одно движение — и я чувствую страшную боль в затылке и спине: меня прибивают к асфальту, вдавливают в него, не оставляют ни единого шанса на спасение.

Одна мысль вертится в голове: успеет ли Ваня?