— Я не бегаю, — заявляет в ответ так уверенно, что у меня даже сомнений в правдивости слов не возникает.

Значит, в другом проблема.

— Влас? — стреляю наугад.

И попадаю точно в цель, когда Слава поднимает глаза к небу и тяжёло вздыхает.

— Тогда при чём тут Бен?

— Ни при чём, говорю же. Я просто хотела сходить к Власу на квартиру, покормить кошку. Вот, какие у меня дела.

— И, возможно, понюхать одежду в его шкафу? — (Слава глядит на меня с непониманием и брезгливостью). — Ну я не знаю просто, что там ещё обычно делают во время дикой ностальгии.

— Я не собираюсь ничего нюхать, это отвратительно. Только кошку покормлю.

— Как скажешь.

— Я скучаю по нему.

— Я знаю.

— Как думаешь, я его ещё когда-нибудь увижу?

— Слушай, — как бы сказать, чтоб не обиделась? — Я не тот человек, который тебе нужен, когда дело касается всех этих разговоров про отношения… Сама знаешь, что я свои построить не могу. Брать на себя ещё и ответственность за чужие…

— Понятно.

— Эй, — хватаю её за локоть, останавливая от того, чтобы на эмоциях ускорить шаг и оторваться от меня. — Если между вами и правда было что-то особенное, это так просто разрушить невозможно. Думаю, вы ещё встретитесь, рано или поздно.

— Главное, чтобы не слишком поздно, — заключает Слава.

И больше, вроде, не обижается.

Наши с ней пути расходятся в квартале от кофейни, и за остаток расстояния я успеваю проверить телефон и ещё раз оставить несколько пропущенных на глухие для меня телефоны родителей.

— А где Слава? — первое, что Прохоров спрашивает у меня, когда мы встречаемся.

И то ли в шутку, то ли действительно думая, что я могу спрятать Славу за спиной, Бен вертится вокруг меня и даже умудряется заглянуть в карманы моей куртки.