— Я просто посижу рядом, ладно? — спрашиваю шёпотом.

— Делай что хочешь, я тебе не командир, — отвечает Север.

Но не уходит. Молча стоит и глазеет. У меня горят уши. Я пытаюсь не замечать этого, концентрируя всё внимание на спящем Кирилле и собственных мыслях, но раз за разом невольно бросаю косой взгляд в сторону двери, проверяя, ушёл ли Север.

— Понимаю, у тебя есть причины не доверять мне…

— Я никому не доверяю, — обрывает меня Север.

Чуть громче, чем надо; Кирилл начинает ворочаться. Мне приходится выпустить его ладонь, чтобы позволить ему перевернуться на живот.

— Он дорог мне так же, как и тебе, — заявляю уверенно. — И я имею полное право сидеть здесь…

— Ты никогда не пройдёшь с ним через то, через что нам пришлось пройти, — снова перебивает Север. — Бок о бок. И больше никого. Тебе он всего лишь старый друг детства, а мне…

Север замолкает резко, поджимая губы. Сначала не понимаю его реакции, а потом через несколько секунд в дверном проёме появляется Гло. Точно, у оборотней же слух в разы лучше человеческого.

Пока Гло оглядывает комнату, я позволяю себе осмотреть её. После «Дочерей войны» сирены ассоциируются у меня с минимумом одежды и кровожадной жестокостью, но Гло… Она другая. Её карие глаза отдают приятным теплом, а голос… Мой взгляд останавливается на тонких губах сирены. За всё время ни разу не видела, чтобы она хоть с кем-то разговаривала.

Гло кивает, но не мне, а Северу. В ответ он показывает ей пальцами какие-то знаки, и я узнаю в этом язык жестов.

Кирилл говорил, что у Гло с рождения проблемы с голосовыми связками. Может ли это значить, что сирена немая?

— Гло говорит, твои друзья ждут тебя на улице, — сухо произносит Север.

Реагируя на звук его голоса, Кирилл переворачивается на бок лицом ко мне. Не знаю, случайно или он уже не спит, но каким-то образом он находит мою ладонь, которой я упираюсь в кровать. Касается легко, не сжимая, а просто накрывает своей. Я улыбаюсь. Кирилл напоминает мне о днях, где всё было просто, и о мире, который мы придумывали сами.

Этот, настоящий, может и похож на сказку, но разве что на такую, которой пугают непослушных детей, не желающих есть овощи и убирать за собой игрушки.

Гло подходит ко мне и говорит что-то с помощью языка жестов. Я виновато качаю головой. За помощью перевода приходится обратиться к Северу.

— Пока ты будешь с друзьями, Гло поможет Кириллу восстановиться. Не первый раз уже.

Гло кивает и достаёт из своего поясного мешочка небольшую коробочку. Откручивает крышку. Я слышу сильный запах какой-то травы. Гло разворачивает коробочку в мою сторону, теперь я могу разглядеть её содержимое. Зеленоватая мазь с вкраплениями чего-то коричневого, напоминающего мне молотую корицу.