— Думаю, тут я должна быть. Если ты позволишь. Если поможешь мне. Ты сказал, что это место было таким, когда ты получил его, но теперь оно твое. Ты можешь это изменить — должен изменить.

— Я не хотел этого, — тихо говорит он.

— Как и я сначала.

Он смотрит на меня.

— А теперь хочешь?

— Я иду к этому.

Он опускает взгляд, смотрит на мой рот, и мой желудок сжимается. Я не знаю, готова ли к этому.

— Я не выбрала спальню, — говорю я, отпуская одну его руку, но сжимая другую, выводя его из комнаты в коридор. — Но я хочу окна. И двойную кровать, — я краснею, понимая, как это звучит. — Я не знаю, где взять одежду.

— Лампады помогут с этим. Мои слуги, — уточняет он, когда я путаюсь. — Теперь и твои.

Мне не нравится идея со слугами. Бри говорила, что хотела их. Интересно, сколько пройдет времени, чтобы я перестала сразу же думать о ней.

— Твое пианино нужно настроить, — я киваю на него, пока мы проходим мимо.

— Ты играешь? — спрашивает он.

— Нет. А ты?

— Иногда.

— Сыграешь для меня?

— Да.

— Ты просто будешь давать мне все, чего я прошу? — говорю я.

— Да, — он кивает. — Я не хочу давать тебе повод уйти.

— Я захочу порой возвращаться, — говорю я, и он тут же мрачнеет. — Просто увидеть папу и Мерри, убедиться, что они в порядке. Увидеть звезды, солнце и море. Но ты мог бы ходить со мной. Я могу показать тебе мир смертных, — я представляю, как знакомлю Аида с Мерри и папой, и улыбаюсь. — И взамен ты можешь научить меня быть как ты.

— Я не хочу, чтобы ты была как я, — тихо говорит он.