Я считала, отец успел смириться с мыслью, что его непокорная своевольная дочь останется с лестрийцем, но он вдруг побагровел лицом и выдал:
– Я не отдам тебе свою дочь. Она – служительница богини, Каменная жрица, а ты – виновен в смерти моего сына!
В Зале Собраний повисла гнетущая тишина – так все замирает перед камнепадом. А мне показалось, что в углу, куда не доставал свет, появился призрак Орма. Слезы подкатили к глазам.
– Отец! Даже Матерь Гор отпустила меня к нему. Неужели мы не заслужили? Ренн ведь спас Антрим!
Без благословения родителей браки не совершались, это знал каждый искатель. Конечно, можно было ослушаться, но я хотела, чтобы все было по-человечески. И не теряла надежды наладить отношения с отцом.
– Да оставь ты их в покое, старый ворчун! – вмешался старейшина из дома Лилового камня. Этот добродушный толстячок всегда мне нравился.
Но отец был непреклонен. Даже матушка Вестия не стала ничего говорить, родительское благословение должно быть получено добровольно, от сердца. Только тогда оно имеет силу.
– Что ж, Роран, если ты такой упрямый, – Ренн посуровел лицом, – я пройду Испытание Воли. Помнится, у вас есть такая традиция.
Об этом старинном обычае я рассказывала ему во время путешествия на маковые поля. Горло сдавило от страха, пальцы похолодели, и я вцепилась в локоть своего лестрийца.
– Ренн, нет! Это очень опасно!
Но тот меня не слушал.
– Я докажу, что достоин твоей дочери.
Они что, с ума что ли посходили?! Мало сегодняшнего? Злость подняла меня с места, я вскочила, полыхая праведным гневом.
– Я не позволю, ты уже все доказал, Ренн! Отец, хватит! К чему это все?
Реннейр послал мне уверенный взгляд, а потом, опустив на плечо широкую ладонь, вынудил сесть обратно. Вот же два упрямца! Что отец, что Реннейр – они стоят друг друга.
– Хмм… родитель действительно может потребовать от жениха Испытания Воли, – заметил кто-то.
– Старые традиции никто не отменял…
Матерь Гор, когда нас уже оставят в покое и дадут насладиться заслуженным счастьем?!
– Только все должно быть честно. Ты не используешь Дар, – произнес отец, глядя исподлобья.
Зверь-из-Ущелья только усмехнулся в ответ.