— Действительно… — глядя на резвящиеся снежники, с чарующим блеском в глазах, произносит он.

Мы снова сталкиваемся взглядами. Маленькие снежинки оседают на его ресницах. А затем и на моих. Запутываются в волосах и в складках наших плащей.

Улыбка невольно растекается на губах, словно лава, неумолимо бегущая вперёд. Сердце трепещет так, словно мы впервые увидели волшебство. А глаза сияют от непередаваемого восторга и чего-то большего…

— Эй, вы двое! Заболеете! — доносится до нас голос Лин, а затем и Кидмана, который тут же отвечает ей:

— Не видишь — им вполне удобно и тепло.

Мы одновременно моргаем. А затем Вэйсс поднимается на ноги. Я следую за ним.

Ребята тут же оказываются рядом с нами.

— Не ушиблись? — Сайви поочерёдно переводит взгляд с одного на другого.

Оен хмыкает.

— Да. Мы видели ваше эпичное падение…

Повисает неловкая пауза. Я не могу подобрать правильных слов, поскольку сама нахожусь в замешательстве. А вот почему молчит упырь — вопрос. Однако накалившуюся атмосферу разрывает Лин, когда произносит:

— Теперь надо работать ещё усерднее, чтобы успеть убраться здесь и доделать прежнее…

— Это не мы — это наши тени, — вдруг выдаёт этот умник мою излюбленную фразочку, переделав во множественное число. А затем мы все вместе смеёмся в голос.

— Может быть тогда эти тени помогут нам здесь все убрать?..

— Можно попробовать призвать?

Парни озорно переглядываются. В глазах обоих вспыхивает яркое, безудержное пламя.

Поняв что к чему, мы с Лин тут же кричим:

— Даже не думайте!

— За работу! — Подруга подбирает мётлы и пихает их этим гениям.

Я достаю свою из кучи листьев.